Голос горячего сердца

Не прошло и минуты, как французы захватили стены и уцелевшие орудия. Внутри крепости началась паника, давка перепуганного гарнизона. Все бросились назад, к мосту. Жанна не препятствовала их бегству, и большая часть англичан вскоре нашла спасение на другом берегу.

Когда бой окончился, командир отряда храбрецов, напавших на годонов с тыла, подошёл к Жанне. Та с улыбкой посмотрела ему в глаза:

– Как ты хорошо кричал по-английски! Годоны сразу приняли тебя за своего. Когда ты успел выучиться их языку?

Молодой парень улыбнулся в ответ, тряхнул головой:

– Когда был в плену у годонов, Дева!

* * *

Окрестности деревни Патэ, вечер 18 июня 1429 г.

Господи… как же это страшно… Святая Екатерина, Святой Михаил и Святая Маргарита! Ну почему нет другого пути к свободе и миру? Почему мы должны сражаться и убивать? У этих людей, погибших сегодня здесь, на поле Патэ, в родной Англии остались семьи, вдовы, сироты… Зачем, почему всё это происходит?

Когда вчера капитулировал гарнизон Божанси, мне казалось, что можно будет обойтись без крови.

Я надеялась – ещё немного, и англичане сядут на корабли и вернутся к себе домой. А сегодня…

Можно ли было обойтись без атаки? Если бы англичане просто попросили нас дать им уйти, я бы разве отказала? Да мне ничего другого не надо! Живите спокойно в своей родной стране, и будем дружить через пролив! С какой радостью уехала бы и я сама домой…

Когда Ла Ир сообщил о соединении Фастольфа с Тальботом и остатками гарнизона Жаржо, даже жутко стало.

Подумалось – вот, снова они постараются устроить нам Азенкур. Я даже не видела ещё ни разу их страшные частоколы, но Ла Ир так ясно объяснил, что там происходит… И сразу стало понятно, как надо действовать. Просто – кавалерийская атака, раньше, чем подойдёт наша пехота. Правда, я рассчитывала, что Ла Ир всего лишь отвлечёт англичан, не даст им построить частокол, а тут и мы подоспеем. Даже была такая мысль – пусть они хотя бы уйдут прочь, как из Жаржо, вот и хорошо будет. А получилось совсем иначе.

Ла Ир застал их врасплох, да ещё засаду лучников сразу разгромил. Когда мы подошли, воевать уже было не с кем. Ла Ир поступил жестоко? А разве был другой выход? Англичан было очень много, они готовились к нападению. Как должны были поступить наши кавалеристы? По крайней мере, тех, кто не сопротивлялся, оставили в живых. И всё же это слишком страшно – холм, залитый человеческой кровью. Тысячи погибших людей. Враги? Они теперь мертвы, значит, уже не враги.