Футарк

– Однако! И это в вагоне первого класса! Как же такое могло произойти?

-Представления не имею, - развел он руками. – Из того, что мне удалось понять… ну, вы сами видите, в каком состоянии Виолетта! Словом, она одевалась к завтраку, решила надеть серьги, которые перед сном положила в шкатулку с драгоценностями, но шкатулки на месте не оказалось. Купе было заперто изнутри, и куда она подевалась, непонятно! Виолетта уверяет, что обыскала все купе, думала, что по рассеянности сунула шкатулку в чемодан, но нет…

-Странное дело, - покачал я головой.

– В этом купе и спрятать-то что-либо негде!

-Вот-вот, - поддержал инженер. – Потому и остается один вывод – кража! Домечталась о разбойниках!

Что-то тут было не так, но я решил пока не думать об этом.

-Негодяй! – взвизгнула вдруг Виолетта, прекращая рыдать. – Мерзавец! Как они посмели! Там же… там мой любимый жемчуг! И колечко! И хрустальные серьги! Папа! Я требую, чтобы вора немедленно отыскали!..

-Начальник поезда уже оповещен, милая, - сказал он.

– Но полиция сможет заняться расследованием только на следующей станции, а до нее еще далеко…

-Как он посмел! – Девушка снова разрыдалась. – Как же… как же я без украшений?! Я… я на курорте буду… как нищенка!..

-Ну, дорогая, - примирительно произнес мистер Гайнс. – Быть может, вору нужны были деньги на лечение тяжело больной жены или ребенка?

-Пусть бы шел работать! – взвизгнула она и запустила в стену туфелькой, едва не пришибив собачку. И куда только подевалось ее сочувствие к разбойникам?

Я только вздохнул.

Да, Виолетта только притворялась томной и болезненной. Сейчас, думаю, попадись ей на глаза этот вор, она разорвала бы его на части! И все же, демонстрировать такие эмоции на глазах у посторонних… Нет, я решительно не одобрял подобного поведения! Видимо, мистер Гайнс тоже, поскольку поспешил прикрыть дверь, отрезая дочь от любопытствующих.

Завтрак прошел в тягостном молчании. Виолетта с яростью намазывала тост джемом, явно забыв о своем амплуа ежеминутно готовящейся к безвременной кончине девицы.

Миссис Гайнс нервно звякала ложечкой о чайную чашку. Мистер Гайнс, по-моему, тихо злорадствовал, а я предпочитал вообще не смотреть на почтенное семейство, разве что зорко отслеживал передвижения отвратительной собачонки по кличке, как выяснилось, Мими.

-Начальник поезда сказал, что посторонних в вагоне нет и быть не могло, - сказала вдруг Виолетта, отложив салфетку. – Значит, вор – кто-то из пассажиров.