Футарк

Мой бедный старый Ларример! То-то последнее время он ходил такой… одухотворенный, должно быть, дожидался воздействия какого-то средства! И вот, дождался… Интересно, на какую рекламную уловку купился таки несгибаемый дворецкий? Я прошел обратно в кабинет и взял последний номер «Зеркала». Ага, вот оно! «Патентованное средство от облысения, гарантия 300%. Полное восстановление утраченных волос в кратчайшие сроки! Рекомендовано лучшими специалистами!» Верно-верно, шевелюра у Ларримера начала понемногу редеть, что и немудрено в его солидном возрасте, однако он не мог с этим смириться.

Мазать наметившуюся проплешину луковым соком я ему категорически запретил, кое-как смирившись с репейным маслом и какими-то притираниями, но это патентованное средство стало последней каплей… Надеюсь, он тоже так считает!

Как ни странно, мне не пришлось ждать завтрашнего дня. Инспектор Таусенд сам явился ко мне в десятом часу вечера.

-Не спите, мистер Кин? – поинтересовался он, даже не подумав извиниться. Ларример всем своим видом выразил презрение к подобным манерам, что с его новой прической выглядело особенно комично.

-Нет, как видите, - отозвался я. – Рановато еще! Что-то случилось?

-Да вот, спешу вас обрадовать, - сказал он довольно. – Накрыли мы притон!

-Что вы говорите! И…

-Точно, как вы сказали: нашли запертого человека. Совсем сумасшедший, силища неимоверная, троих констеблей чуть не изувечил, пока его скрутили! Остальные наверху были, перепились уже, ну да живо протрезвели!

-Это был Барентон? – живо спросил я.

-Он самый, - кивнул инспектор. – Прочие, как поняли, что дело плохо, живо друг дружку топить начали. Ну, вы про наивняков этих знаете, наверно?

Я кивнул. Еще бы я не знал!

-Ну вот… Пьянство, разврат до добра не доводят, да и возраст уже не юный. Почуяли, что дело-то плохо, стали средства разные искать. А у Барентона брат – аптекарь, вот и состряпал какое-то снадобье. И так, говорят, поначалу помогало, что нарадоваться не могли! Одна беда – волосы сильно расти стали.

Ларример, неприметно маячивший за спиной инспектора, навострил уши.

-Ну да это-то не беда, - продолжал Таусенд. – А аптекарь, Ричард Барентон, парень ушлый. Решил – что задаром-то трудиться? Ну и открыл лавочку. Неплохо заработать успел… Брата даже деньгами ссужал. А потом пошло-поехало: у многих чердаки течь давать начали. Утром очнутся в какой-нибудь канаве – и не помнят, как там оказались. В драку лезли, чуть что. Ну а потом один какой-то вместе с Джозефом повеселиться отправился.