Кикимора и ее ёкай

Она была вся такая миленькая пожилая японочка, в красном нарядном кимоно, с гладко зачесанными черными волосами. Глазки подведенные, щечки побеленные, губки накрашенные, на ногах белые носочки. Такая приветливая и хорошая, прямо сил нет. Ну просто как с открытки сошла.

- Иди сюда, девочка, - подманивала она ласковым и нежным голосочком, и кикимора послушалась. А чего бы и не послушаться, когда так просят? Жалко только, что обозналась, больно уж местная ведьма голосом на бабу Ягу похожа.

- Меня Марьяна зовут, - поклонилась кикимора старушке и ослепительно улыбнулась.

Бабулечка прищурилась, присмотрелась к девице и плюнула на землю. На земле на месте плевка расцвела черная плесень.

- Тьфу, дрянь! Ты ж не человек совсем! – прокряхтела милая старушка и в одну секунду поменяла облик. Теперь это была не милая японская бабуська, а жуткая двуротая старуха в драном красном кимоно. Ни тебе подведенных глазок, ни прически, ни белых носочков.

- Нет, ну быть того не может! – выдохнула вдруг кикимора.

Сходство было просто поразительным, даже интонации одинаковые.

Старуха призадумалась.

- Если я ее не сожрала по детству или по юности, значит, есть, - прошамкала наконец она одним из двух ртов. – А ты кто? Воду в тебе чую. Ты каппа-онна? Юри-онна? Нуре-онна? Другая какая водница?

- Да нет, кикимора. Из Благовещенска я. Из России. Вот, иду к тенгу, просить, домой чтоб вернули.

Старуха расхохоталась сразу двумя ртами.

- К Тенгу? Мать моя Идзанами! К тенгу! Нашла помощничков!

Кикимора погрустнела.

- А чего они? Не помогут?

Старуха ухмыльнулась двумя ртами.

- Спроси. За спрос йены не берут.

- А как их найти?

Старуха прищурилась, готовясь вытрясти из чужачки чего-нибудь в обмен на помощь, к тому же услуга-то плевая – грязным когтем направление указать. Но чего-то передумала: ощутила вдруг от странной девицы-ёкая чистую темную ауру, сильную, мощную.

- Вон туда иди, - недовольно сказала Ямауба и ткнула пальцем в едва приметную тропку среди камней. – И неча мне тут воздух своей аурой портить.

С этими словами старуха открыла трухлявую деревянную дверь и юркнула в свое жуткое жилище. Изнутри раздался поганенький смешок.

«Ну чисто Ягуша», - подумала с умилением кикимора и любовно посмотрела на избушку.