Не благословляйте мужа Тьмой

И Тьмы, чтобы сделать его безопасным для чистокровного демона, внезапно заподозрившего обман.

Для этого понадобился один-единственный вздох. Один миг безумного по своему накалу напряжения, и у меня перед глазами успела промелькнуть вся жизнь.

А затем сжавшая мое горло удавка с оглушительным треском лопнула. Чужое заклятие бессильно распалось, не в силах противостоять Свету и Тьме одновременно.

Я судорожно вдохнула раскалившийся до предела воздух. Жалобно всхлипнула, чувствуя, как переплетшаяся со Светом Тьма сжигает меня изнутри.

Но все-таки нашла в себе силы собрать их в одно целое, а затем с болезненно жарким поцелуем отдать изумленно застывшему Князю. И только после этого позволила себе обмякнуть, успев напоследок шепнуть:

– Прости…

В себя я пришла от настойчивых прикосновений.

Кто-то с поразительной нежностью перебирал мои волосы, поочередно касался губами век, скул, шеи, заставляя сладко жмуриться. Одновременно с этим чьи-то пальцы медленно и неторопливо спускались к животу.

Ненавязчиво ласкали бедра. По-хозяйски оглаживали лоно, разжигая в нем настоящий пожар. На какое-то время там задерживались, перебирая нежные складочки и безошибочно отыскивая самые чувствительные точки. А затем коварно исчезали, чтобы чуть позже вернуться к груди и начать свой долгий путь снова, раз за разом действуя все настойчивее и смелее.

Прислушавшись к себе, я с удивлением обнаружила, что после рискованного эксперимента не только цела, но и весьма далека от истощения.

Меня ничто больше не сковывало. Сотворенная директрисой клетка исчезла. А мои упрямые ипостаси, словно испугавшись того, что натворили, снова поспешили разделиться.

Светлая вообще забилась на задворки сознания, не зная, как реагировать на случившееся. Тогда как темная, не скрываясь, вовсю наслаждалась свободой. Она сыто мурлыкала, охотно заполняя меня целиком. Соблазнительно потягивалась и, отзываясь на молчаливый призыв выбранного ею мужчины, стремительно меняла мой внешний вид.

Анализировать произошедшие изменения категорически не хотелось – мне было слишком хорошо, чтобы задавать ненужные вопросы. К тому же близость мужского тела отвлекала от размышлений. Неторопливые ласки будоражили кровь. Вынуждали подаваться навстречу чутким рукам и настойчиво тереться о гладкую чешую на обнаженном животе мужа. Беззвучно вымаливать все новые и новые прикосновения. И восторженно замирать от мысли, что все это наконец-то происходит наяву.