Ведьма, я тебя нашел, или Ты от меня не спрячешься -2

— Дело говоришь! А сами тем временем шашлычки пожарим, главное, успеть до того, как этот затворник выкурится, — предложила устроить маленький пикник.

— О, шашлык! — воскликнула Хапуга. — С меня мясо!! — увидев наши ошарашенные лица, она поправилась. — Ну, я имела в виду, что мясо на шашлык я стырю. — после её поправочки народ с облегчением вздохнул.

— Кэт, ты, может, всё-таки расскажешь, что произошло с вами, пока меня не было? — напряжённо спросила сестра.

Глава 8

— Разливай, — дала указание Неру, так как понимала — сестре воспринимать новости на трезвую голову ну никак нельзя.

— В двойном? — на всякий случай уточнил подельник.

— Мире в тройном понадобится, — прикинула степень опьянения сестрицы, она была трезва как стёклышко, а значит, дозу нужно увеличить.

— Итак, с чего начать? — начала я.

— С самого начала, а то я не пойму, зачем был нужен этот маскарад? — начала она свой допрос.

— Ну, с начала так с начала, — согласилась я с ней и принялась жаловаться на жизнь, ко мне присоединилась Лира.

Страдали мы с подругой качественно, иногда утирая несуществующую слезу, изображая несусветную скорбь о загубленных наших жизнях, горестно вдыхая при этом, а потом с огоньком продолжали свой рассказ.

Правда, иногда прерывались, а именно в трёх случаях: когда Мира ржала над нами, потом когда некультурно высказывала своё мнение на происходившие события, а точнее — её коронным словом было «писец», звучавшее раз пятьдесят за вечер. Ну, или мы прерывались для принятия очередной дозы лекарства.

А без этого никак, мы, ведьмы, натуры чувствительные, и психика у нас слабая, вдруг не выдержим гнёта воспоминаний и пойдём богам мстить! А сейчас это делать нежелательно: расклад сил не в нашу пользу, сразу нарвёмся на неприятности. В середине повествования Нер, предатель, решил ретироваться, ссылаясь на то, что ему утром к оракулу нужно попасть. Ну и фиг ним, подумала я, нам больше достанется! М-да, досталось, и не только лекарства.

После окончания повествования мы все были кривые, как турецкие сабли, по шкале балдометра — девять балов, теперь можно смело сказать: перепили свой прошлый рекорд.

— Ик… дела, вот это мы встряли! — попыталась встать из-за стола сестрёнка, но потерпела фиаско. — Ладно, посижу ещё немного, устала… сил встать нет.

— И не говори, — сползая со стула, ответила ей. Встав на четвереньки, я поползла к зеркалу. Только сейчас вспомнила «красивый» нос Алики, а ведь я сегодня Адимису безбожно врала.