Решающее испытание

Я ведь с удовольствием дала бы слово… Или нет? Тогда я была другая, хотела как угодно вставить шпильку годонам – была уверена, что они всё равно меня убьют. А если бы англичане предложили мне жизнь на таких условиях? Неужели отказалась бы? Пожалуй, подумала бы. Так или иначе, ну почему Бедфорд не пришёл на эту лекцию, перед тем как выкупил меня у бургундцев?

– Вы меня слушаете, мисс?

– Да-да, очень внимательно!

– Так вот. В результате, военно-организационные способности Жанны всё равно перестали бы мешать Бедфорду, имидж Англии сильно поднялся, а французские патриоты призадумались бы, кто их истинный враг: англичане, которым претит воевать с девушками, или их король-предатель…

«Король-предатель» – это ведь он о Карле.

Месяца полтора назад, услышав такое, я бы подняла крик протеста. А ведь верно, предатель он и был! Так что мне лучше помалкивать. Вот интересно, когда Карла ругал Кошон, меня прямо злость распирала, а когда его ещё хлеще кроет этот нахальный вихрастый англичанин, я готова под каждым его словом подписаться. Почему это? А может, этот парень шотландец или ирландец? Ой, он что-то рассказывает, а я опять отвлекаюсь. Ну-ка, послушаю…

– К сожалению, кровавый регент Бедфорд даже не допускал мысли об освобождении Жанны на каких бы то ни было условиях. А ведь жестокая казнь этой девушки не только не избавила Англию от поражения в войне, но и покрыла нашу страну позором…

У меня захватило дух: вот это да! Как интересно рассуждает этот парень! И ведь всё логично.

Что он ещё скажет?

– Замечу, что немало англичан относятся к Орлеанской Деве с глубоким сочувствием. Пожалуй, переломным в этом отношении был конец восемнадцатого века. Так, в тысяча семьсот девяносто пятом году пантомима «Жанна д'Арк» была сыграна на сцене «Ковент-Гарден» в двух редакциях. В первой редакции дьявол отправлял Деву в ад, но возмущенные крики зрителей заставили актеров заменить дьявола на ангелов, которые похищали героиню, чтобы вознести ее на Небеса…

Я невольно усмехнулась при мысли, что ангелы, надо полагать, работали в ТЕМПОРА, но тут же спохватилась и снова принялась слушать.

– Лишь очень немногие сегодня сохраняют враждебность к Жанне, причём это скорее дань традиции. Отмечу также, что изменение отношения к Орлеанской Деве и возникновение чувства вины перед ней наметилось ещё до окончания Столетней войны, но тогда это носило скорее частный характер, как видно из записей английских хронистов.