Три дня головной боли

Когда надо будет, мы вас позовём.

Все, кроме Тани, вышли из комнаты. Женщина облегчённо вздохнула, налила себе ещё воды из бутылки и отпила. Дурнота отпустила. Можно было бы даже сказать, что Таня чувствовала себя хорошо, если бы не слабость. «Вкусная минералка. Пожалуй, полежу немного. Арестовывать меня не будут, казённый дом не состоялся. Так что зря цыганка наболтала тогда в Сочи. Ну и хорошо». На мягком покрывале было удобно. Если бы не знать, что в нескольких шагах отсюда находится убитый человек, Таня, пожалуй, смогла бы сказать, что ей приятно.

– Простите! – заглянул из коридора следователь. – Можно задать вам несколько вопросов?

– Конечно, можно. Я хорошо себя чувствую, – немного неуверенно ответила женщина и села на кровати, подобрав под себя ноги.

– Тогда давайте поговорим, – с некоторой суровостью произнёс следователь, придвинул к себе один из стульев и положил на кровать какой-то бланк и авторучку, явно намереваясь записывать. – Ваше имя, отчество, фамилия?

– Серова Татьяна Алексеевна.

Мне двадцать четыре года, – добавила она, догадываясь, что собеседнику будет не очень удобно интересоваться её возрастом.

– Где проживаете?

– В тридцать шестой квартире. Она находится этажом ниже. – Сердце Тани неприятно заныло: что, если сейчас последует вопрос о том, как она здесь оказалась? А ещё этот кран в ванной, который она самовольно закрыла…

– Вы были хорошо знакомы с убитым… Николаем Валерьевичем Воробьёвым?

«А, точно, его фамилия Воробьёв!» – мысленно отметила про себя Таня, а вслух сказала:

– Н-не знаю.

Пожалуй, нет. Виделись иногда на лестнице, вот и всё.

– Что вам о нём известно?

Таня пожала плечами:

– Известно? Да ничего. Поселился в нашем доме года три назад. Человек тихий, вот только… – она решилась: всё равно ведь понятно, что случилось с её квартирой. – Вот только сегодня вдруг вода от него ко мне протекла. Я вышла… – В голову пришла спасительная идея. – Поднялась на этаж, и ваш сотрудник, ну, лейтенант который, попросил меня быть понятой.

А когда я увидела, что случилось с… – её голос дрогнул. – Николаем Валерьевичем, то поняла, почему от него вода потекла.

– М-да, вы поняли, а я нет. Как по-вашему, зачем он воду открыл?

– Как это – зачем? Ванну собирался принять, наверное. Жарко сегодня.

– Тогда почему он пустил только холодную воду, и очень сильно? А сток не закрыл пробкой. Да и сток, видимо, работает плохо, иначе бы ванна не переполнилась.

Таня растерянно пожала плечами.