Молодые волшебники (*60 иллюстраций)

Потому что самих богов давно никто не видел. А Хила видели все. Построив себе храм при жизни, он сначала встанет в один ряд с Андулаем и Ондулаем, а затем затмит их.

Маг-король вновь едва заметно улыбнулся. В этот вечер он ощущал что-то вроде бодрости духа. Пальцы без устали растирали смесь волшебного состава, пока губы шептали верную последовательность слов, влияющих на магические потоки определенными звуковыми волнами. Магия слова сегодня была как никогда сильна.

Хил размолол все ингредиенты до состояния жидкой каши и осторожно перелил получившуюся смесь из чаши в глиняный кувшин.

Этот сосуд он не создавал с помощью магии, как многое существующее в замке, но сам слепил из глины. Иссякли поставки голубой и белой глины из соседних земель. Пришлось крестьянам добывать местную, в пещере. Ох и немало слуг пропало в этих пещерах, пока добывали руду. И кабы не глина, их смерти могли ничего не значить. А так хоть какие-то ресурсы.

Когда принесли глины из самых дальних недр пещеры, Хил обрадовался её чистоте.

Как она туда попала – никто не знал. Поговаривали, что в пещере живут сами боги, которые уединились от мира. А они творят, что хотят: то одаривают людей самоцветами, то рудой, то вот так, по мелочи – глиной. В этот раз – белой.

«Любой дар в руку. Как и эта белая глина глубинного залегания», – считал Хил.

Смесь растеклась по дну глиняного сосуда, пропитанная мага-короля. Старик заговорил речитативом, громко выкрикивая последние слова.

Смесь в сосуде тут же забурлила, заклокотала, забулькала, словно сосуд висел над костром.

С каждым новым словом мага клокочущая масса начала увеличиваться, расширяясь и поднимаясь к стенкам сосуда.

Все получается. Король-маг торжествовал, продолжая читать заклинание. Жар должен породить его новое тело!

Вещество походило на убегающее от нерадивой хозяйки тесто. Оно переполнило сосуд, и теперь начало ползти через край. Стекало с трех сторон. Шипело и плевалось, будто живое. Хилу даже показалось, что он слышит голоса, исходящие из сосуда. В смеси зарождалась новая жизнь.

Его новая жизнь.

Старик задрожал от нетерпения и, наполнив до отказа легкие воздухом, прокричал последние слова призыва голема антимагии:

– …дефарто тра мирус!

И ветер подхватил его слова. Жижа расползлась на три почти равные части. Вещество быстро застывало на холодном каменном полу, всё больше приобретая человеческие формы.

Три человеческие формы!

Хил настороженно притих, приглядываясь к ещё не до конца сформировавшимся силуэтам.