Кекс с изюмом, или Тайна Проклятого дома

За выпускников этой академии дрались самые дорогие рестораны или богатые семейства, которые могли позволить платить таким кондитерам каждый год по горшочку золотых монет.

Нет, Лисси и не планировала тягаться с выпускниками Королевской Академии. Где ей готовить такие пирожные?! Но ведь в Груембьерре не было даже простых кондитерских! Поэтому шанс занять пустующую нишу у нее был.

Лисси тоскующе посмотрела в окно, где ликовало лето. Небо было пронзительно голубым и густым, как сливки. Птицы пели так, как будто репетировали перед премьерой в столичном театре, копыта лошадей бодро звенели по брусчатке мостовой, издалека слышались надсадные крики утренних продавцов.

Лето звенело и не желало ничего знать о частных проблемах какой-то Фелиции Меззерли. Мать заметила, как дочь вздохнула, и положила успокаивающе ладонь на руку супруга.

- Ладно, дорогой, - сказала она. - Мы же договорились, что дадим Лисси попробовать. Ей в этом году исполняется семнадцать лет. Мы можем подарить ей дорогой подарок или дать денег на начало ее предприятия.

- А-а! – закричала Лисси, и птицы, певшие за окном, чуть не свалились с ветки. - Мама, папа! Это правда?

Отец только махнул рукой, сдаваясь, а мама улыбнулась.

- Каждый человек имеет право на ошибку, - сказала она. - На свою личную ошибку. Даже если ты не добьешься успеха, то все-таки попробуешь осуществить свою мечту.

- Я вас обожаю!

Лисси сорвалась с места и зажала родителей в нежных удушающих объятьях.

- Имей в виду, Лисси, - строго произнес отец, пытаясь вырваться из смертельного захвата, - денег едва хватит на первый месяц аренды и на скромный ремонт.

А дальше все в твоих руках.

- Булочки с корицей и марципаном к чаю, - объявила Милли, внося блюдо с булочками. - Нисса Фелиция вчера вечером сама испекла.

Отец взял булочку и откусил.

- Хм, может, у тебя что-нибудь и получится, - задумчиво пережевывая, сказал он. - Я, по крайней мере, готов был бы пройти полгорода и отстоять в часовой очереди, чтобы купить такой деликатес.

Роззи улыбнулась сестре, а Рой показал большой палец.

Лисси закружилась на месте, не зная, как выразить переполняющее ее счастье.

- Пойте! – великодушно разрешила она молчащим в испуге птицам, и те снова завели оглушающий летний концерт.

ГЛАВА 3, в которой напоминается о том, что не всем удается балансировать на тонкой грани между оскорблением и комплиментом

Сай поерзал на подоконнике, стараясь умоститься поудобнее и при этом не уронить лежащий на коленях талмуд.