Ритуал. Нарочно не придумаешь

Мне вдруг показалось, что я вот-вот подловлю Олега и, прижав к стенке, заставлю рассказать всю правду.

— Позвольте заметить, довольно знакомые пейзажи... — робко подал голос тот второй.

— Заткнись, — прокричали мы дружно с Олегом.

— Нет, не знаю, если бы я знал, как это работает, вряд ли бы выбрал в носители такое тело.

— Ну знаешь, не нравится, вали, тебя никто не держит, да и я плакать по тебе буду, — стало как-то даже обидно, тело, видите ли, моё не нравится. Тоже мне эстет-любитель.

— Здравствуй, Леничка, — раздался женский грудной голос откуда-то сбоку.

— Здравствуйте, Томата Константиновна, — на автомате ответил я, удивлённо разглядывая опрятно одетую пожилую женщину. Она шла по тротуару к одному из домов и несла две сетки с продуктами. Да-да, именно авоськи, не пластиковые пакеты или бумажные которые настолько вошли в нашу жизнь что стали чем-то обыденным. А тут авоськи... С прямой спиной, в женщине чувствовалась стать и стальная хватка. Она так по-доброму и в то же время строго посмотрела на меня, чуть склонив голову, и так же прошла мимо.

Словно так она поступает всегда: идет мимо и, как с добрым соседом, здоровается со мной...

Так стоп, какой Леничка, какая Тамара Константиновна???

— Я всё же хочу взять слово. Пока идёт заминка. Меня зовут Леонид Яковлевич Рутенберг, я преподаватель кафедры астрономии... — произнес голос, чеканя каждое слово.

— Приплыли...

Глава 5

История Рутенберга

После плотного обеда, что приготовила его Наденька, профессор Рутенберг промокнул салфеткой уголки рта и, встав из-за стола, поцеловал свою молодую супругу.

Дошёл до прихожей, там аккуратно сменил домашние тапочки на лакированные туфли и, приняв от супруги портфель, хлопнул дверью. Спустившись на первый этаж, вышел во двор своего дома и, сев в припаркованный старенький «мерс», нажал лбом клаксон автомобиля, потеряв сознание.

Вовремя подошедшая супруга в сопровождении мужчины, облокотила тело Рутенберга на спинку сиденья и, проверив пульс, аккуратно в четыре руки вытащили его из автомобиля и затащили обратно в подъезд.

Откуда позже господин Рутенберг был перевезён частями в чёрных пакетах на то самое кладбище.

Пришёл в себя же профессор уже в новом молодом теле, к сожалению, коммунальном. Но, будучи духом бесплотным, выбирать не приходилось. Всегда можно найти компромисс и договориться. Повесить свой звонок, поставить свою плиту и застолбить место в очереди в ванную комнату. Ему не привыкать!

— Очень душещипательно.