Чума на тропе любви

— Зато там, — я воровато оглянулась, поднимаясь по ступеням, хотя логичней было бы спуститься, — Маргарита!

Словно в подтверждение моих слов сверху снова раздалось:

— Чума! А ну, вернись!

И дал же папа мне фамилию! Как только не обзывали в детстве: от Чумки до Чувырлы. Один умник из пятого «Б», чьё ассоциативное мышление так и осталось для меня загадкой, Чупа-Чупсом, помнится, дразнил.

Вот как так?! Вроде ж не липучка я, и характер — не сахар, а он упорно называл меня леденцом. Ну а в универе почти сразу пристала кличка Чума, а некоторые однокурсники ещё и уверяли, что дело отнюдь не в фамилии.

— Ты забыла дома конспект, который Ритка тебе дала на выходные? — догадалась, наконец, Татьяна.

Я виновато улыбнулась, и уже подруга потащила меня вверх по ступеням, спасаясь от гнева отличницы из параллельной группы, с которой у нас частенько бывали общие лекции. Аж до четвёртого этажа дотащила с перепуга.

А всё потому, что Маргарита ведьма. Настоящая! И ни капельки этого не скрывает. После прихода в наш мир фамильяров, дарующих своим хозяевам магические способности, выяснилось, что всякие маги, медиумы и гадалки, коих и раньше хватало, вовсе не шарлатаны.

И, если сила выбранных котомонстриками параномов явно видна и далеко не всегда полезна, у ведьм и прочих одарённых она выражена иначе. Правдивость гаданий, эффективность приворотов, порча с гарантией и другие подобные штучки — вот краткий ассортимент их колдовских деяний.

В правительствах разных стран даже закон приняли, запрещающий делать заговоры на смерть и наносить прочие телесные повреждения с применением запретных чар. А на юридическом факультете появилась специальность судМАГэксперт, куда, кстати, именно магов обычно и набирали, чтобы злостных нарушителей из числа себе подобных вычисляли.

— Ну и? Дальше-то как быть? — спросила Танька отдышавшись.

Ритка за нами не побежала, что ожидаемо — не её это королевское дело. Но колдануть в отместку может… в пределах допустимого, конечно.

Народу на четвёртом этаже было куда меньше, нежели на третьем или на втором. Подозреваю, всех пугало наличие тут нашего деканата. А может, и ещё какая-то причина имелась — я раньше как-то не пыталась анализировать сей феномен. Сейчас же, сняв очки, принялась сосредоточенно их протирать кончиком натянутого на ладонь рукава, изображая задумчивость.