Заложники

Парни накинулись на труп как дикие звери, почуявшие кровь, и принялись остервенело месить его ногами.

«М-ды, - думал Михаил Иванович, безразлично наблюдая за происходящим. - Прав был дед, когда говорил, что закончу, как отец, в придорожной канаве, если за голову не возьмусь. Вот, пожалуйста, полюбуйтесь, всё именно так и вышло. А сейчас бы взяться, да уже не за что: ребятушки-то на ней живого места не оставили».

Утомившись, парни прекратили бить безответное тело и обыскали его. Но ничего ценного, кроме изрядно раскрошившейся краюхи хлеба за пазухой, не нашли.

Прихватив с собой сапоги знахаря, они поспешили скрыться с места преступления.

Но дух Михаила Ивановича недолго оставался в одиночестве. Снова будто из ниоткуда появилась Лютариха.

- Ну что, волчонок? Всё? Оттявкался? – радостно хихикая, наклонилась она над телом знахаря. - А как тебе бесы, которых я в этих молодчиков вселила? Согласись, хороши?

- А-а, так это твоих рук дело? Не распознал сразу. Что ж, удивила так удивила,- произнёс Михаил Иванович абсолютно уверенный, что Лютариха его слышит.

- Всё же, видимо, большой костью я тебе поперёк горла торчал, раз ты так ради меня расстаралась. Вон как всё хорошо подстроила. Да только до конца продумать не сумела…

Знахарь подошёл к ней вплотную и зашипел ведьме прямо на ухо:

- Меня ведь теперь ничего не связывает, ничто остановить не сможет. Грехи, они ведь что? Только для живых придуманы. А мой счёт всё, закончился. Я теперь не успокоюсь, пока тебя, заразу такую, лично в Ад не провожу да в котёл не посажу.

Повсюду за тобой следовать стану. Посмотрим теперь, кикимора болотная, у кого клыки молочные.

Лютариха вытаращила глаза и посерела. Как если б всю краску из её коричневого лица выкачали. Она беззвучно захлопала своим по-жабьи большим ртом, словно ей не хватало воздуха.

Михаил Иванович довольный, мысленно хмыкнул:

«Что, обосралась, карга старая? Опростоволосилась, решив, что после моего убийства все твои мучения с Лохматыми закончились?..»

- У-уби-или-и-и… - внезапно тихо прозвучало из хлопающего рта ведьмы.

- Уби-и-или… У-убили! Колдуна убили! – звук стал нарастать и превратился в громкий протяжный бабий вой.

На самом пике Лютариха бросилась к деревне, ковыляя, прихрамывая и смешно подпрыгивая, когда опиралась на свою изогнутую клюку. Ведьма очень быстро скакала вперёд, не переставая громко выть. Нехорошее предчувствие шевельнулось в сознании знахаря:

«Уже что-то удумала, кочерыжка старая!» - он кинулся за ней следом.