Изгои 3. Неприятности растут

Похоже, мы умудрились заночевать у их святыни или ещё какого культурного памятника.

Совсем некстати у меня выплыли папины воспоминания о том, что у ацтеков в ходу были жертвоприношения. Человеческие жертвоприношения. Так что плохи у нас дела. В этот момент мне стало жутко страшно. Рядом кто-то заскулил. О! Похоже, это Гани. Значит, она лежит рядом и чувствует мои мысли. Вот стыдоба-то какая! Я ж вроде как брат, мужЫГ! Я не должен бояться. Но мне всё равно страшно. Уж больно кровожадные рожи у этих краснокожих.

И есть ещё кое-что — я не могу прочитать их мысли!

FoE. Лунная База. Лёха

Мда… Если было бы нужно кратко описать моё состояние, то я бы сказал, что я в шоке. Но это совсем не описывает то, что я испытываю в данный момент. Всю гамму чувств описывать будет довольно напряжно, долго, да и незачем. Тем более, что сейчас мне надо позаботиться о жене. А вот в её коктейле чувств я разбираться даже и не пытаюсь. Сейчас не пытаюсь. Похоже, она сейчас слегка не в себе. То, что она там вытворяла — это… это было не совсем в её стиле.

Всё же Чика добрая пони. Видимо, тревога за детей так на неё повлияла. Скорее бы вся эта история с детьми и Дискордом закончилась. Я сам места себе не нахожу, переживая за детей. И особенно от того, что не могу ничего с этим поделать. А у Чики… думаю, у неё этот инстинкт гораздо сильнее, вот она и слегка сбрендила на этой почве.

Лежит сейчас на диванчике, положив мордочку мне на колени, и плачет. А мне от её эмоций самому выть хочется.

Они просто оглушают меня, и я уже не могу понять, мои это эмоции или всё же её.

— Лёша, ты… ты, не ненавидишь меня?!

— С чего это я вдруг стал бы тебя ненавидеть?

— Ну… я — мерзкий чейнджлинг, которому нравится убивать и разрушать…

— Да-а-а? Нравится убивать? Тогда почему это мы ни одного убитого тобой зебриканца не обнаружили в том убежище?

— Ну… наверное, я плохо старалась, — нервно улыбается Чика.

— Врушка.

— Зато я питалась их страхом! И мне это нравилось!

— Ну а зачем ты тогда сейчас нюни распустила? — говорю я, слегка поглаживая и пропуская её гриву между пальцами.

— Ужасный, злобный чейнджлинг, — со смешком добавляю я, легонько щёлкая Чику по носу.

— Поцелуй меня! — просит Чика, судорожно всхлипнув.

Ну как тут не подчиниться? Аккуратно поднимаю ладонями мордочку жены и чмокаю… пытаюсь чмокнуть её в носик, но она дёргает головой — и вот уже наши губы встретились, и я ощутил жар Чикиных губ. Целовались мы довольно долго.