Будьте моей вдовой

Видимо, Мин хорошо помнят того, кто спас жизнь их шаману.

— О-о-о, — простонал Абура, радостно плюхаясь на футон. — Да благословят боги того, кто придумал греющие кристаллы. Думал, что превращусь в ледышку, пока мы дойдём.

— Если бы ты шёл быстрее, таких мыслей бы не возникло, — заметил я.

— Зануда, — насупился Абура. — Это ты у нас герой и всё такое, а я простой Абура-акаго, я люблю поесть и поспать.

Я не успел что-либо ответить, потому что в дверь постучали.

Слуга принёс еду. Что ж… мясо в кисло-сладком соусе, рис, маринованный перец и свежезаваренный чай оказались очень кстати.

Я сидел на циновке, скрестив ноги и прикрыв глаза. Привести мысли в порядок, разложить всё по полочкам, выстроить вопросы по очередности. Баожэй — хитрая лисица, она так может закружить-завертеть, что не вспомнишь, зачем вообще пришёл. А тут ещё и такое дело. Тхэмин — сокровище рода. Его мать погибла при обвале, но об этом стараются не говорить.

И если это происки врагов, — тогда Мин сами предложат помощь. Но если его укрывает сам род… Это уже очень большие проблемы. Они скорее закопают меня прямо тут, у аккуратного порожка в дом Матери рода, чем дадут хоть что-то узнать.

О развитии событий по второму сценарию думать не хотелось.

Я сделал глубокий вдох.

Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент в комнате раздался голос духа-хранителя:

— Господин Накаяма, вас желает видеть Мать рода.

В комнатке, куда меня провели, было тепло и уютно, пахло чем-то сладковатым. То ли какие-то смолы, то ли специальные ароматические палочки, которые принято зажигать у горцев. Считается, что запах может либо привлечь, либо отпугнуть духов. И что именно зажигать — зависит исключительно от потребностей хозяина дома.

Баожэй расположилась на полу, на расшитых драконами подушках. Перед ней стоял низкий столик, над которым парил чайничек с бамбуковой ручкой и низенькие пиалки для чая.

Глядя на Мать рода, никогда не определишь, сколько ей лет: то ли двадцать, то ли пятьдесят. Учитывая, что в последний раз я тут был семь лет назад, можно только сделать вывод: она стала старше. Но вот её истинный возраст…

Белая кожа, нетронутая морщинами. Серебристые длинные волосы, убранные в сложную прическу — поди разбери, есть ли там седина. Глаза, что прозрачнее льда всех горных рек, и губы, едва тронутые улыбкой.