Ведьма? Психолог!

Я даже не слышала, как домовой его впустил. Мурчик лежал у печи, свернувшись калачиком. Его ухо настороженно шевельнулось. Доклика бесшумно скользнул к двери и тихо проскрипел:

– Кто там?

– Мне бы к бабе Олесе…

Голос молодой, бойкий, незнакомый. Ещё одной девице срочно понадобилась ведьма. И ничего хорошего можно не ждать: явилась тайком, в такой час, когда вряд ли кто ей встретится.

– Позже приходи, спит она, – решительно ответил домовой.

– Ну мне очень надо, – заныла гостья.

Я села на печи. Помотала головой, чтобы быстрее проснуться, энергично потёрла руки.

Доклика неодобрительно цокнул языком.

– Разбудила всё-таки! – с досадой пробурчал домовой.

– Скажи, пусть подождёт, – я зевнула. – Сейчас оденусь.

Не скажу, что я слишком спешила встретиться с очередной девицей из Лукоморья, но кто знает, что могло случиться у незваной гостьи. Как только я слезла с печи по приставной лесенке, филин-свет приоткрыл глаза. Комната осветилась приятным, не слишком ярким светом. Я сменила просторную полотняную ночную рубаху на темно-зелёный сарафан, надела удобные кожаные башмаки Яги.

Умыться не смогла – умывальник у Яги на улице. Чего мне пока не хватает – так это зубной пасты. Надо будет подумать, чем её можно заменить. И нужно рассказать Доклике про канализацию в нашем мире. Может, придумает что-нибудь, чтобы устроить тут какой-никакой санузел.

Я расчесала волосы гребнем и заплела в косу.

– Платок надень, – сонным голосом напомнил Мурчик.

Я достала из сундука украшенный блестящими разноцветными камушками кокошник, примерила, смотрясь в начищенный до блеска самовар.

– Не по возрасту, – категорично заявил за спиной Доклика.

Ну и пусть не по возрасту, зато красиво! Я в этом уборе стала похожа на царевну из русских сказок. Или, скорее, царицу.

– Яга ведь носила? – спросила я.

– Что она только не носила, – махнул маленькой ручкой домовой.

– Тебе идёт, – неожиданно поддержал меня Мурчик. – Страх как надоели эти тёмные платки. Как будто не женщины, а вороны ходят.

Снова стук в дверь, на этот раз более настойчивый.

– Баба Олеся, открой. Чем хочешь заплачу, – громко зашептали с улицы.

Вот же настырная девица! Я неохотно двинулась к двери. Интересно, что нужно гостье? Спросонья засов показался тяжёлым, отодвинула я его с усилием.

На пороге стояла девушка лет двадцати с небольшим. Стройная, хорошенькая, с ровной спиной, с бойким взглядом тёмных глаз, на депрессивных клиентов девушка не похожа.