Волшебство обмана

— Ладно-ладно, — по-своему воспринял заминку Ждан. — Не беспокойтесь, она точно не узнает.

— Конечно, — лукаво кивнула баронесса, — только если куница сама ей не расскажет, после твоего волшебства.

Искать нужный предмет в хранилище было все равно, что искать иголку в стоге сена. Пока Ждан рассматривал и перекладывал пояса, накидки и ожерелья, баронесса поймала себя на том, что уже составила полный план систематизации и каталогизации этих реликвий. Не зря же она столько времени провела в архивах королевского двора, разыскивая необходимые в работе сведения.

Огромным усилием воли Лукреция заставила себя заняться делом, а не мысленной расстановкой стеллажей.

Способность менять наряд своего владельца может быть заключена в абсолютно любой предмет одежды или украшение. Перебирая их все, они могут справить тут не только восьмидесятилетие Лукреции, но и восьмидесятилетие Ждана. А что, если для начала найти вещь, которая сама помогает искать вещи? Тут уже количество наименований будет более ограниченным: лупа, очки, клубок или… Баронесса с некоторым удивлением уставилась на ветку какого-то светлого дерева, которая расходилась к концу рогаткой.

Если ей не изменяла память, то некоторые народы с помощью этого простого инструмента могли находить воду под землей. Пожилая дама вытащила артефакт из кучи чего-то, что могло быть сбруей, и продемонстрировала своему помощнику.

— Ты можешь сказать, что здесь за волшебство?

— Вы гений! — закричал Ждан, как только взял в руки ветку.

— Так значит, мое предположение верно и это поисковик?

— Ну баронессочка, ну голова! — продолжал восхищаться парнишка.

— Ты знаешь, я в восторге от присутствия уменьшительно-ласкательных суффиксов в вашем языке, кроме тех случаев, когда они применяются к моей персоне, — мягко намекнула пожилая дама.

— Вот ей-богу, вы иногда говорите по-нашему, а такое ощущение, что на тарабарском, — не обратил внимания на замечание Ждан. — Ну ничего, мы вас научим!

— Этого-то я и опасаюсь.

— Ладно, давайте попробуем эту штуку в деле. — Юный волшебник взялся двумя руками за рогатку и радостно сообщил: — О, затряслась! А теперь найди-ка мне вещи, в которых есть хоть немного души.

По его велению ветка, словно в сказке, дернулась, а потом указала на стену, где висел портрет усача в тюрбане с кисточкой, выражение лица которого было весьма и весьма кислым. Но на этом магический артефакт не успокоился и поочередно указал еще на десяток предметов, среди которых было два зеркала, книга и музыкальная шкатулка.