Переселенец

— Оль, ты что молчишь? Не нравится? Оль?

— Дим, ты такой дурак! Пообещай, что не будешь упоминать смерть, с ней не шутят. Мы и так регулярно играем с ней, не нужно привлекать лишнего внимания таких сущностей. Не поминай Морану зря.

— Ты знаешь, когда-то давно, как будто в прошлой жизни... Мне запала одна фраза в душу, хоть и не вспомню дословно, но суть передать смогу:

«Не стоит давать обещаний под лунным светом. Луна сама изменчива, как и обещания данные под ней.»

Поэтому, давай не буду ничего сейчас обещать, а жизнь покажет — что из этого выйдет.

И, вообще, мы воины нам ли убегать от встречи с женщиной в чёрном?

— Я снова обманулась, поверила в серьёзность стоящего рядом мужчины. Ты прав, балагуром нравишься мне больше! Проводишь девушку? Пора спать, завтра снова в путь, опять сражения.

— Как будто на этот вопрос есть разные ответы! Конечно, провожу! Ручку, моя царица... — Кто ж знал, что ручку мне действительно подадут... Чувствую себя глупым школьником... То ли дело в возрасте этого тела и гормонах, то ли я серьёзно так вляпался.

.. Но знаете, мне нравится это чувство. Не хотелось бы, чтобы это оказалось просто химия. Лишь человек, испытывающий сильные чувства, способен на великие дела.

Прошли до дома мы в тишине, проводил до крыльца...

— Спокойной ночи.

— До завтра! И убери это дурацкое выражение! Спокойной ночи.

Свободное плавание

Утро началось прекрасно — ближе к обеду. Люблю такое начало. После вчерашних посиделок нас никто не трогал, хотя, судя по рабочему шуму на улице, народ уже давно встал.

В комнате Ивана то же не было, явно отправился по своим жаворонковским делам. Нет, удивительно, столько народу, а поспать люблю только я. За то теперь не единственная сова в отряде, Ухуша не даст соврать. Но представляете, как будет смешно, если даже она рано просыпается?! Сова жаворонок... Нет, это моветон! С другой стороны, так я буду себя чувствовать уникальным. А если любителей поспать будет двое, то это уже никакая не уникальность.

На этой философской ноте покинул опочивальню и направился на улицу. Ваня обнаружился сразу, он мужикам помогал — брёвна таскал, укрепляли частокол вокруг крепости. Приятная картина: мужики втроём несут, а Ванька в одиночку; мужики потом обливаются, а Ванька улыбается... Богатырь, одним словом! Картина, кстати, напомнила две известные: железного Арни с бревном и Пореченкова. Иван, стоило ему увидеть меня, быстренько отнёс брёвнышко и пошёл ко мне на встречу.