Я Вендиго

"

Под каменной коркой на моём лице расползся звериный оскал; языком я чувствовал, что зубы стали клыками. Посмотрев на свои руки, я увидел, как сквозь камень пробились пятнадцатисантиметровые когти, что блестели в свете луны словно стальные. Кое-как надломив каменную корку на лице, я освободил свой рот и выпустив наружу давно клокочущий в груди рёв. Старый топор лёг в руку так, словно и не было тех нескольких лет что он хранился в пространственном кармане. Первых полуволков я нашёл почти тут же, они выламывали дверь в дом, их жадность их и погубила

Я оказался рядом почти мгновенно.

Почти мгновенно слетевшая каменная корка перестала стеснять движения и замах из-за плеча вышел что надо. пока один из них падал рассечённым пополам, второму буквально разорвало верхнюю половину тела. К силе надо ещё привыкнуть, топор развалился после первого же удара. Слишком сильно сжал и в мокрой ладони осталась лишь рукоять, топорище же улетело куда-то во тьму.

- Чёрт, хороший был топор.

Вздохнув, я подобрал меч наёмника и облизнул губы.

Кровь мохнатого, забрызгавшая мне всё лицо попала в рот и в груди тут же буквально взорвался фейерверк из чувств: дух Войны получил чего хотел и готов был получить больше, но я решил утолить голод и духа Севера.

До Гала я добрался уже бегом. Если бы я шёл пешком явно мог опоздать. Ноги несли меня по мокрой дороге так, словно я и не бежал, а летел над самой землёй. И вскоре остановившись я увидел их, полуволки, почти два десятка псов что стояли и смотрели на то как я медленно приближался к ним.

Остановившись метрах в трёх от группы полуволков, я безошибочной нашёл взглядом их главного: он был почти на метр выше всех остальных и отличался серебристо-белой шкурой. Духи откликнулись голодом, а я не собирался их сдерживать. Издав тихий рык, я взмахнул клинком и пошёл вперёд, Первый же кинувшийся на меня сарват упал справа рассечённый на две не равные половинки. С такой силой и скоростью мне не нужны техники, которым я обучался, но я всё равно их использовал.

Взмах, выпад, разворот и удар снизу вверх. Мои движения с каждым замахом всё больше превращались в кровавый танец.

Это повторялось до тех пор, пока в живых не остался лишь командир наёмников, но и он проживёт не дольше остальных, но на него у меня были особые планы. Стремительный рывок, взмах клинка и враг упал на землю вопя от боли в отрубленных руках и ногах. Взяв его за горло, я поднял волколюда на уровень своего лица.