Античные хроники

- Куда это мы заплыли? – спросил Аякс, почёсывая медный шлем.

- А вот это тебя надо спросить, - вспылил Агамемнон. - Ведь это ты… тот ящик на полу раскурочил, дурья башка… Хорошо, если Эвр вспомнит о нас и вовремя придёт на выручку…

Тем временем железный кит Посейдона стал медленно сбрасывать скорость. Длинные рычаги у чёрного трона сами собой со скрипом задвигались, и кит принялся разворачиваться боком, дабы осторожно пристать к опасному берегу.

- Ох, чует моё сердце напоремся мы сейчас на скалы, - отчаянно прошептал Агамемнон, размышляя не самое ли время придушить придурка Аякса?

Что так, что этак ждёт их у берегов неизвестной земли неминуемая гибель.

Так почему бы не разделаться с виновником этого несчастья прямо сейчас?

Но не мог Агамемнон поднять руку на Аякса, ибо связывало их нечто большее, чем опасные и увлекательные путешествия по всей Греции. Единили их общие многочисленные пьянки, а это, братцы, очень многое в древней Греции значило.

Кровными братьями становились герои после многочисленных винных возлияний. Кто с кем когда и сколько пил, очень в то время важно было. Гордо сказать «Я квасил с самим царём Агамемноном в Пелопоннесе», значит сразу очень сильно возвысить себя в глазах любого собеседника.

Например, немногие в Аттике могли похвастаться, что они пили вино с хитроумным Одиссеем (и это несмотря на слухи о том, что царь Итаки за всю свою короткую, но бурную жизнь, успел выпить с каждым совершеннолетним греком).

Если кто и заявлял, что он заливал за воротник со знаменитым сыном циклопа Полифема, то этот человек пользовался везде уважением и почётом. Двери дворцов великих царей были открыты перед счастливцем, в спальнях самых роскошных греческих красавиц сей благородный муж был всегда желанным гостем.

Гм…

Но мы слегка отвлеклись.

В общем, хотя и мелькнула у Агамемнона весьма полезная мысль придушить своего явно не совсем нормального спутника, но тут же от этой мысли пришлось царю отказаться.

А почему, об этом говорилось выше. Да и жалел Агамемнон Аякса: у любого бы крыша поехала после таких мощных сотрясений мозга, которые перенёс многострадальный лоб могучего героя. Ведь ещё с самого детства, до рокового пробития головой крепостной стены Илиона, несчастный Аякс часто трескался обо что-нибудь своей несчастной черепушкой.

Голова вообще была его особо слабым местом, как пята у Ахиллеса.