Античные хроники

Многие греки с менее крепкими нервами, чем у Эета, сразу же сходили с ума, услышав этот словесный перл доставучего механического болтуна…

Не хотел баран подходить к дереву с висящей на самой нижней ветке сочной морковкой, ибо сразу было ясно, что это примитивная ловушка. Но его механическая сущность вопила об обратном.

Хитёр был Гефест, заложив в железную голову своего изделия маленькую несообразность, благодаря которой уникальное копытное становилось уязвимым.

Механические ноги с тихим жужжанием сами понесли барана к морковке.

Солдаты приободрились и, дождавшись решающего момента, разом выскочили из кустов.

Но не тут-то было!

Божественный механизм действовал молниеносно. Слопав морковь, он легко выскользнул из навалившихся на него людей, однако эта победа обернулась для него сокрушительным поражением. В руках потешающихся наёмников осталась великолепная шкура золотого барана или, как её еще называли в Греции, Золотое Руно. Руно было выполнено с поражающим воображение мастерством из завивающейся спиралями стружки самого ценного в Греции металла высочайшей пробы.

Победа царя Эета была абсолютной.

С триумфом поместил он Золотое Руно в священную рощу бога войны Ареса. А сторожить это самое Руно посадил какой-то жуткий (по слухам) гибрид из самых ужасных греческих животных, который (опять же по слухам) звался Драконтором – Извергающим Пламя. Монстр был на редкость кровожадным, и ни при каких обстоятельствах не смыкал своих многочисленных злобных глаз.

Никто, конечно, во всю эту чушь про драконтора не верил, но в священную рощу Ареса местные жители всё же ходить опасались, боясь получить по мордасам от наёмных гвардейцев Эета её охранявших.

Огнём гвардейцы, конечно, не дышали, но перегаром от них разило не менее оглушительно и потому долгое время Золотое Руно оставалось неприкосновенным.

А что же, вы спросите, случилось с тем механическим бараном?

Да ничего с ним такого не случилось.

Просто он, наконец, перестал доставать царя своими докучливыми разговорами, стыдливо спрятавшись где-то в живописных горах Колхиды. Он, видите ли, стеснялся появляться на глаза смертным без золотой шерсти, то бишь голым.

Ну что тут ещё можно сказать?

Чудны дела твои, Древняя Греция.

Но опять же не это главное.

Главное совсем в другом. Молва об этом самом Золотом Руне быстро разнеслась по всей Аттике.