Дверь 2. Камень крови.

У меня кузина иногда на этих сладостях в иной день до половины выручки получать умудрялась.

Ты же умеешь десерты делать, а, Данила?

– Умею немного. – пьяно кивал в ответ Даниель.

– Да не прибедняйся! Ты же десерты делаешь такие, что пальцы откусить можно вместе с ложкой.

– А много рецептов знаешь? – полюбопытствовал я.

– Смотря каких… – задумчиво чесал Даниель щеку. – Тортов знаю немного, десятка два, не больше. Пирожных – тех поболее, под четыре десятка… Ну, и так, разных всяких десертов, муссов, кремов и прочего под полсотни.

– Отличная мысль! – взревел Мартын! – Ну, ты и голова, Данила! И откуда в тебе ума столько?!! За это нужно выпить! Гроз! Давай, не сухарись! Подставляй бокал! Выпьем, за светлую голову и золотые руки нашего повара! Твое здоровье, Данила!

Мы подняли бокалы, чокнулись, и в этот момент скрипнула, открываясь, входная дверь.

Мы, сдвинув воедино бокалы, дружно повернулись к двери, поскольку все трое были уверены, что заперли ее.

В дверях, уперев руки в боки, стояла Фури, из-за спины которой с любопытством выглядывали Эл и Мери.

– Опять бухаете, да? – констатировала она этот факт с уверенностью патологоанатома, ставящего диагноз.

– Отнюдь, сударыня! Не бухаем! – обрадовано провозгласил в ответ Мартын – Мы трапезничаем!

– А я вижу, что вы бухаете, а нас не позвали!

– Милости просим, сударыни, к нашему столу! И вас тоже просим, сударь! Проходите! Присаживайтесь! Благо, повод достойный, хоть и стихийно возникший! Заодно и познакомимся! – выскочив из-за стола, засуетился вокруг эльфов Мартын.

И, источая водопады радушия и предупредительности, Мартын, мгновенно угадав в нежданных гостях моих друзей, о которых я ему рассказывал, потащил их за стол.

– И что пьете? – подозрительно прищурившись на этикетку, спросила Фури.

– Дык, портвейн пьем, сударыня! Добрый портвейн я добылдавеча! Ох, и добрый! Из южных провинций! Пять лет выдержки! Ух, и забористый!

А ежели вам что полегче, так вы только скажите! У нас и полегче найдется! И белое, и мускат розовый имеется.

– Мне розовый. А там посмотрим. Как пойдет…

– И мне розовый мускат, если можно.– присоединилась к ней Мери.

– Эл? Тебе тоже розовое?

– Ну, я не настолько гламурный. Я за портвейн. За старый добрый красный портвейн. С мясом.