Как развеять скуку

Может так ещё несколько часов повисеть? – мелькнула очень соблазнительная мысль, но я тут же вспомнил, что у стены нас, скорее всего, ждут остальные светлые и страшно волнуются. Так что, хоть и нехотя, но подниматься пришлось.

Наверху, как оказалось, была не ночь, а начало рассвета. Тонкая еле заметная в сонном мареве холодного воздуха полоска горизонта только-только начала окрашиваться в празднично красный цвет, предвещая скорое появление светила.

Герион уже успел заботливо устроить рыцаря, укрыв Алира несколькими плащами и обещая ему, что сейчас Габриэль быстренько слетает к стенке, и остальные вернутся за нами, а он пока успеет хорошо выспаться.

Я даже не стал ничего язвить насчет того, что мной распоряжаются все, кому не лень, так как решение программы-няньки, которого я продолжал звать по привычке «старый оборотень», было самым разумным. Даже внутренний голос молчал, хотя последние дни мою шизу все чаще тянуло на философские размышления, а не ехидные комментарии. К чему бы это?

Со вздохом выпустив Анабель из своих объятий, я отошёл за ближайшее дерево, чтобы спокойно вызвать крылья.

Ещё один вопрос: зачем крылья, если есть возможность левитировать? Особенно если учесть, что частичное преобразование – весьма болезненный процесс. Наверное, мой ответ может показаться глупым. Просто я готов платить болью и неудобствами за то, чтобы почувствовать пьянящее ощущение полета.

Я отряхнулся, проверяя два перьевых покрывала, и вернулся к остальным.

– Вернусь, максимум через два часа, если их не будет на месте. Если будут – быстрее, – с помощью левитации поднялся метров на двадцать пять над землёй, решив, что с такого расстояния точно успею поймать ветер. – Поставьте несколько следилок. Мы уже встречались с местными жителями, не хочу, чтобы они на вас напали, когда способности к обороне на нуле, – громкость голоса пришлось увеличить, чтобы светлые смогли меня расслышать с такого расстояния.

Я помахал им рукой и взмыл вверх. На самом деле – полёт не такая уж и простая вещь. И первое время со стороны я, наверное, смотрелся очень комично, дергаясь вверх – вниз, или, когда пропускал очередной взмах крыла, смешно начинал трепыхаться, пробуя набрать высоту. Наверное, поэтому у людей только две руки.