Как развеять скуку

Вот припомню я тебе крышу, чудо в балахоне, пардон – рясе, причём чудо образовано от «чудовище»

– Тут дело не в крыше, а во взгляде, в голосе. На какой-то момент я даже забыл, что разговариваю с тёмным... – осторожно заметил Алир. – Что-то с ним случилось, из-за чего он решил нам помочь. И эта речь о его Князе. Особенно то место про наставника. Может, он был учеником?

Нет, я сейчас точно оскорблюсь... всего лишь ученик...

– Тогда причём тут фраза про жизнь? – в разговор вмешалась эльфийка. – Что-то мне подсказывает, что мы имеем дело с наследником Тёмного Князя, причём наследником, который разочаровался в своём отце.

Ого! А меня повысили! Теперь я уже свой собственный сын. Не правда ли, забавно?

Очень. Всё-таки врут про необычайную интуицию эльфов. Хотя светлые были поражены этим заявлением так, что сидели несколько минут в траурном молчании. (Могу поспорить, что с неэстетично выпученными глазами.)

– Возможно, возможно, – пробормотал Ибор, – но тогда он, весёлый крестьянин его за ногу, превращается в угрозу.

Я ей всегда был.

– Не думаю, он поклялся и не сможет своё слово нарушить. Так что, пусть и минимально, но ему теперь можно верить. Только всё равно, боюсь, нам придётся потом его убить... – подвела итог Анабель и светлые стали расходиться по своим местам, предварительно пожелав друг другу самых светлых снов.

А я наконец смог заняться переосмыслением полученной информации.

Итак, что у нас есть? Первое: пророчество. Единственный маг, обративший тьму в свет – Исир – был мне прекрасно известен.

Весёлый мужик, я ему много рассказывал про образование миров, пока он не решил, что стал могущественнее и умнее меня. (Опасное заблуждение, надо заметить!) А также попытался меня убить (напугал ежика). Тогда я придумал ему наказание и отлучил от Тьмы. Это он уже сам потом напридумывал, что поборол мрак внутри себя верой в свет. Кстати, как он прикрепил себя к нему я точно не понял, но для светлых Исир стал героем и чуть ли не спасителем. Да вот беда! Если Тьма может даровать если не бессмертие, то уж длинную жизнь точно, то свет, увы, не наделяет своих слуг такой возможностью. И перед смертью Исир решил напакостить.

А дело было так. В годы юности я увлёкся оружием настолько, что сам стал его создавать. Какие же это были шедевры! (Моя мания величия довольная тем, что про неё не забыли, свернулась клубочком и разрешила мне продолжить дальше рассказ.) Так вот, один кинжал я решил выковать во Тьме. Поскольку я на неё завязан – это совершенно нетрудно.