В конце времен

- Очень хорошо! Ты учти: шахматы по сравнению с многоуровневыми интригами – это игра для детей трех с половиной дет. Даже я не могу себе представить это многообразие.

- А в чем смысл?

- В системе противовесов, - важно сказал отвечающий. Агент про себя решил, что это все-таки советник Ларриан, поскольку именно он хорошо знает дворцовую кухню изнутри. – Вот, смотри, лежит себе яйцо на столе, никого не трогает, обещает золотой скорлупой накормить большую семью. И все бы ничего, но тут мышка Мара бежала, хвостиком махнула, яичко упало и разбилось, лишив обеспеченного будущего многих людей! Вот, чтобы подобного не случилось, и создалась система, которая поддерживает золотые яйца, не давая им упасть и разбиться!

- Мышка Мара?! – недоуменно переспросил спрашивающий.

Теперь агент был стопроцентно уверен, что это Змейго Рыныч.

- Она самая! – подтвердил Ларриан, - Это одно из многочисленных имен Смерти. Мара – это производное от слова мор - смерть. Понимаешь теперь, какой смысл в этой истории?

«Ты, сволочь такая, нормальные имена называй!!! – мысленно забрасывал Ларриана своими требованиями агент.

– Хватит нести чушь!!! Сколько можно?! Господи, как у них еще язык не устал ворочаться во рту? Сколько всего наболтать, и при этом не сказать ни одного конкретного слова! Люди! Агенты! Не хочу больше! Я устал, я хочу домой! Господи, куда мы катимся?! Черт подери, но… куда мы катимся??? Эй, вы куда свернули??? Да скажите что-нибудь!!! Чего замолчали??? Ауууу!!!»

Карета выехала на поляну с высокой травой, отчаянно захлеставшей по лежаку.

Замолчавшие пассажиры больше не сказали ни одного слова. Лошади доехали до леса и остановились сами по себе, без команды извозчика. Агент, решивший, что его все-таки раскусили, выдохнул и с обреченностью стал ждать, что будет дальше.

Но дальше ничего не было.

Лошади жевали траву и отбивались хвостами от назойливых мух. Недоумевающий агент приподнял голову. Сквозь узкие щели не было видно ни одного пассажира, и не было слышно, как они выходят из кареты и пробираются сквозь траву.

И карета после остановки не шелохнулась.

Ему на нос села большая зеленая муха. Он дунул на нее, муха слетела, пожужжала и села опять. Он взмахнул рукой, отгоняя ее в сторонку, а сам почувствовал, что еще секунда, и он громко чихнет. Он попытался зажать нос рукой, но задел рукавом за неизвестно что и не успел буквально на треть секунды.

- А-а-а-пчхииии!!! – чихнул он, как ударил по воробьям из пушки.