Виршеплет из Фиорены

Но не прошли и сотни метров, как седовласый вдруг, углядев какие-то мощные высокие фигуры вдалеке, схватил меня за локоть и потащил в какие-то подворотни, о которых я и сам уже давно позабыл. Я даже не успел рассмотреть, от кого так мы стремительно ретировались.

– Ай! – сказал я, пытаясь вырваться из стальной хватки седовласого.

– Заткнись, – коротко бросил мой спутник и ускорил шаг.

Мы вновь вышли на оживленную улицу. Он поглубже натянул капюшон сюрко, хотя его на голову возвышающаяся над толпой фигура, вряд ли могла остаться незамеченной.

Около створок толпилась группа стражников. Сгрудившись, они о чем-то приглушенно шептались, не обращая внимания на снующих туда-сюда горожан и крестьян. Обсуждают беднягу Рона? Может быть… Впрочем, с тем же успехом они могли обсуждать повышение цен в шлюшниках, а не убийство Наследника.

Под хмурым взглядом седовласого я поздоровался со знакомыми стражниками и, наконец, мы покинули городок.

– Откуда тебя все знают, виршеплет?

– В нашей заднице мира, сир, когда ты наставляешь кому-то рога, уже следующим утром в булочной на тебя начинают коситься. Здесь все друг друга знают.

– Гм… какое образное сравнение. Как, ты говоришь, тебя зовут?

– Аска Фиорен… тийский. Сир, нельзя ль помедленнее, вы из меня всю душу уже вытрясли… а у меня вчера был непростой день!.. Да и зачем я вам, я же все рассказал! Вон дуб, – я ткнул в уже видневшуюся на холме раскидистую крону, – кристалл в кустах.

Седовласый проигнорировал вопрос, все так же быстрым шагом направляясь к цели. Я, хотя и был одного с ним роста, отстав, уныло семенил позади, то и дело ускоряясь, чтобы догнать суровую фигуру в развевающемся сюрко. Неприятный человек. Страх, что он нагнал на меня в номере, уже прошел, осталось лишь раздражение на этого старого пердуна! К этому времени я уже мог быть в Сантане, припортовом городке нашей ойкумены, и найти какого-нить кэпа, что летит на юг.

На третьей или четвертой жалобе мой спутник ответил мне долгим странным взглядом, но все-таки, наконец, умерил шаг, а я, отдышавшись, задал ему так волнующий меня последние пару дней вопрос:

– Сир, а что же такое творится на нашей ойкумене?

Какое-то время мы шагали в тишине, словно он раздумывал, отвечать мне или нет. Но все-таки ответил:

– Так получилось, что к вам на ойкумену прибыли плохие парни.