Книга пятничных рассказявок. Синий том

А ведь в первый день…

— Тут сеть есть?

— На ужин гамбургеры можно?

— Где розетка? Мне срочно надо зарядить телефон!

— Дайте зарядку! Планшет почти сел!

Когда до подростков дошло, что ни сети, ни электричества не будет, а на ужин только каша с тушенкой, случилось несколько истерик. 

— А душ? Мне срочно нужно в душ! У меня голова грязная!

— Завтра в речке будем купаться.

— А-а-а-а-а!

Попытки бежать в цивилизацию Михалыч пресек сразу.

— От лагеря не отходить, в округе водятся медведи.

Ужин прошел в гробовом молчании.

Никаких разговоров и шуток. “Туристы” сиротливо сидели над угасающими телефонами, изредка пытаясь выяснить — не взял ли кто дополнительную батарейку… 

Весь второй день похода вокруг были только мрачные лица. К вечеру умерли последние телефоны. Некоторые девочки плакали. Михалыч пустил в ход байки, забавные анекдоты и страшные истории. Спать разошлись далеко за полночь. 

Третий день стал временем открытий — они увидели дятла. Хором считали кукушку.

Угощали орехами с рук белку. Зверек был “свой”, регулярно подкармливаемый, и милостиво позволял предлагать угощение, а избранным даже погладить. Еще была лиса, выскочившая из кустов. И наглая ворона, долго обругивавшая их с верхушки ели.

Подростки оживали. Общались, ссорились и мирились. Влюблялись и завязывали дружбу. По очереди готовили ужины. С криками на весь лес купались в реке. Потеряли во время перехода чайник и запас сахара. Собирали ягоды и с азартом охотились за грибами.

Постепенно становясь похожими на поколения своих предков, а не бледные придатки к электронике.

Через неделю они на пару часов зашли в маленькую деревню пополнить запасы.

— Что это? 

Дети толпились у заборчика, тыкая пальцем в корову. Пришлось объяснять. Они не поверили. Попросили показать хозяйку, как доят. В полном молчании наблюдали за процессом. Попробовали парное молоко. Коза, свинья, гуси, утки произвели неизгладимое впечатление. Электричество в деревне было, но ни один не попросил зарядить телефон.

И снова был лес. Снова палатки, каша и байки у костра. В деревне Михалыч взял гитару, старую, чуть дребезжащую. Песни были встречены недоверчиво, затем потянулись робкие попытки подпевать. А в конце хором требовали еще и еще.

Михалыч, наблюдая, как ставятся палатки и разводится костер, вздохнул. Завтра последний переход, еще одна ночевка, и к обеду они выйдут на станцию монорельса. Там их встретят родители.