Фыр-мяу: кот и княжна

Не потому, что имею отношение к графу и его дочери, просто подлость не люблю. Сбежал, так хоть грязь на тех, кто тебя облагодетельствовал, не лей! Но, справедливости ради, следует отметить: фигура Илси Аорэ, внешностью удавшейся в отца, действительно напоминает вышеназванный предмет мебели… Даже сейчас, вспомнив о том эпизоде из жизни знакомых, я не мог удержаться от смеха, правда, на этот раз вместо смеха из груди его вырвалось бульканье, возвращая меня к реальным проблемам.

Итак, похоронная процессия с наступлением утра сюда не придет.

И вряд ли найдется кто-то, настолько пожилой, храбрый и безумный одновременно, что решится навестить могилу родственника. Неудивительно, учитывая историю Старого кладбища. Значит, меня не найдут. И нет никого, кто обеспокоился бы исчезновением Яроса Иолатэ и бегает сейчас по Наргонте, разыскивая меня. Выходит, надеяться особо не на что. Только на себя, как, впрочем, и всегда. Так что сейчас немного отдохнем, восстановим хотя бы крупицы сил и… и что? Плыть к берегу с привязанной к ногам каменюкой – верная смерть. Оставаться здесь, впрочем, тоже. Можно попытаться устроить небольшое огненное шоу в небе и хоть тем привлечь внимание к себе, но с этим лучше подождать до утра – больше шансов, что его заметят. Только бы сил хватило. Потому что иного выхода из ситуации я не вижу.

Нутро вновь полыхнуло огнем, сердце, и без того бешено колотящееся, прыгнуло в горло, и сдержать крик-хрип оказалось выше моих сил.

Больно! Спазм за спазмом, снова и снова, не давая даже толком вдохнуть. В голове мутилось, сознание стремительно угасало, и я, как не противился тому, не мог ничего изменить. Остатки физических и душевных сил разом покинули меня. И я как-то отстраненно подумал, что битву с ядом я все-таки проигрываю. А, если и нет, то левую руку, мертвой хваткой вцепившуюся в решетку, уже не спасти.  

Жаль. Мне очень хочется жить.

Хочется выяснить, кто и почему убил меня, и наказать убийц. Хочется выяснить, кто убивает моих сородичей, обосновавшихся в Наргонте. Хочется создать семью, не похожую на ту, в которой я появился на свет. Семью, где все любили бы друг друга, а не терпели бы по непонятным причинам, где дети появлялись бы на свет желанными и на протяжении жизни ни разу не усомнились бы в том, что любимы. Теперь этого уже не будет.