Отброс аристократического общества

– А ты что здесь делаешь?

Этот владелец чайнопитейного заведения, как правильно его называть: чайханщик, чайханист или чайханавт? Ладно, не важно. Я ведь про него забыл, а это один из второстепенных героев новеллы. Звать его Билос, он внебрачный сын главы торговой гильдии. Бастард, в общем.

- Я тоже собираюсь в столицу, - ответил Билос. – Торговые дела, да и чая надо закупить. Вот, решил заскочить, посмотреть на тебя, Кайл.

- Я тебе что, красна девица, чтобы на меня любоваться? – вырвалось у меня.

- Нет, - хмыкнул тот, - вовсе нет.

Просто ты изменился. Странным образом изменился.

Так. Держим покерфейс. Если этот паразит станет намекать на моё попаданчество, придётся его как-то устранить.

- Ты бросил пить, - продолжил гнуть своё Билос, - да и у меня в заведении вёл себя вполне прилично. Что с тобой случилось?

- А тебе какое дело? – нахмурился я. – Не всё равно?

- Да так, - пожал плечами тот. – Интересно очень.

Дать ему, что ли, в рыло? Или просто послать? Не выйдет. Краем глаза я заметил, как к нам бочком пробирается Чхве Хан, явно с намерением подслушать разговор.

Ладно, наплету что-нибудь.

- Хорошо, - вздохнул я. – Расскажу. Однажды, во время одного из длительных запоев, я сумел перешагнуть грань, отделяющую границу земного и небесного. Проще говоря, вышел в астрал. Слышал про астрал? Нет? Деревня… Ладно, продолжу. Так вот, парю я, значит, над проекцией своего тела и вдруг вижу огромную печень, а на ней мужичок сидит. Я ему – слазь! А он – не могу, я хранитель твоей печёнки. Если слезу, всё, цирроз.

Ты и так её слишком напряг, я уже не справляюсь. Тут-то на меня и снизошло просветление. Я понял, что надо бросать пить, вставать на лыжи, и, как в песне пелось, сексом буду не обижен.

Билос посмотрел на меня с недоверием.

- Нда, - произнёс он, - кажется, я погорячился. Вы ничуть не изменились. Придумать такую дурацкую сказку как оправдание своих бесчинств… Вас не зря называют ничтожеством.

Хренасе.

- Слышь, парниша, - процедил я, - а ты берега-то не попутал чаем? Ты кто такой, чтобы мне высказывать? Я, может, решил завязать с постыдным прошлым, но тебе докладывать об этом не намерен.

Ты сам-то лучше? Ты же бастард, а ежели по-простому, ублюдок. Ты отца своего отцом назвать не можешь. Нравится тебе такой расклад? Нет? Я решил измениться и завязал с пьянкой, а ты? Ты сможешь круто поменять свою жизнь и добиться, чтобы тебя признал родной отец? Хрен ли тогда мне выговариваешь? Что мордочку скроил, сатисфакции хочешь? Слазь, отоварю.