Мурр. Книга 3

Налог – это процент. Каждый отдаёт определённую часть того, что получил. И это правильно. Он было успокоился, а тут я ему ещё – бац! Будут, дескать, ещё изменения в судебной системе. Всё просто. По принципу: кому много дано, с того много и спросится! Делим, всех по категориям. По уровню достатка. Ну, например, на пять категорий: – очень бедные, бедные, средний класс, богатые и очень богатые. И вводим коэффициенты, от одного до пяти. То есть: если украл очень бедный, фактически, нищий, он получит два года тюрьмы.

Если вторая категория, просто бедный, то он получит за то же преступление уже четыре года. Если воровство совершил кто-то из среднего класса, то наказание будет уже шесть лет. И так далее. Очень богатый сядет на десять лет.

- Представляю!

- Вот-вот! Беффет прямо с лица спал.

- То есть, – говорит, – Если моя карета, случайно собьёт насмерть прохожего, то я получу не пять лет, как нищий, а двадцать пять?!

- А как же? – говорю, – Всё по честному! У бедняка и лошади крестьянские, которые собственной тени пугаются.

А у вас, поди-ка, сплошь породистые рысаки? Особо подготовленные? Специальными мастерами воспитанные? Кто больше виноват, если наезд совершит? То-то! Большие доходы, господин Беффет, это не только большое уважение и большой почёт. Это ещё и большая ответственность!

- И ты, правда, введёшь такой закон?!

- Хотелось бы, – вздохнула я, – Ибо, справедливо. Но я же понимаю, что меня на следующий же день либо придушат, либо отравят.

Чтобы другим неповадно было. Элиты, блин! Они особенные, и никому свою особость не отдадут.

- А он?

- А он покривился эдак, и говорит, дескать, адвокаты обогатятся. Самыми богатыми они и станут.

- А ты?

- А я ему: ошибаетесь! Мы же за равенство? Значит, независимых адвокатских контор не будет. Адвокаты будут такие, которых назначит суд. И больше никаких.

Ну, тут он совсем скис. И говорит, мол, не зря ли гоблины вложились в проект по смене власти? При старой-то им привольнее жилось.

А я ему: знаю я почему вы в мой проект вложились! Потому что у вас, господин Беффет, четыре серьёзных банков, с филиалами по всей стране, каждый. Это империя! А передать эту империю вам некому! Детишек у вас нет. Есть племянник, так и тот вот-вот в мир иной отойдёт от чахотки. А я даю надежду. Вы, говорю, в меня последний грошик готовы вложить, господин Беффет! Потому что гроши вы без меня ещё наживёте. А детей без меня – нет.