Непобедимый эллин

Выложенная камнями дорога вела прямёхонько к огромному амфитеатру под открытым небом, где очень скоро должны были начаться соревнования по бегу.

- Бег, это не моя стихия, - неспешно рассуждал сын Зевса, понукая слегка заторможенных лошадок. – Я практически никогда не участвую в этой спортивной забаве. Что может быть красивого в бегущем великом герое? Ну да, он грациозен, он величествен, но ведь он бежит! Не важно куда и от кого. Но бежит же! А разве может бесстрашный сын Зевса бежать, даже если на финише его поджидает достойный славный приз?

- Геракл, - Софоклюс недовольно посмотрел на героя.

Но Геракл не обиделся.

Ничто не могло омрачить его настроения в этот великолепный день.

- А это ещё кто?!! – удивился Софоклюс, увидев бегущего рядом с их колесницей тщедушного лысого сумасшедшего, которого преследовала огромная свора бродячих собак.

Сын Зевса тоже посмотрел на преследуемого псами чудного грека.

- Ба! – воскликнул могучий герой. – Так ведь это же Херакл из психушки Асклепия!!!

- И этот сбежал, - сокрушённо покачал головой Софоклюс.

Даже не посмотрев в их сторону, Херакл резко прибавил скорости и, обогнав (!) золотую колесницу, скрылся в туче дорожной пыли. Воющая, лающая, визжащая собачья свора разношерстной волной устремилась следом за беглецом.

- Вот это и есть самый настоящий марафонский бег! – знающе сообщил сын Зевса, дивясь скорости улепётывающего сумасшедшего.

- А что? - спросил Софоклюс. - Сирым и убогим тоже можно участвовать в олимпийских играх?

- Всем можно!

- И мне, если я вдруг захочу?

- Историков редко допускают к состязаниям.

- Это ещё почему?!!

- Физические данные! - просто ответил Геракл. – Вот ты, Софоклюс, когда-нибудь в своей жизни видел историка культуриста?

- Нет, ни разу с таким жутким гибридом беспросветной тупости и великой гениальности я, слава Зевсу, ещё не встречался.

- Вот то-то и оно! Историки, как правило, довольно болезненные, нервно неуравновешенные, обделённые женским вниманием сильно пьющие личности. Одним словом, богемная элита Греции, впрочем, как и философы…

Добравшись до бурлящего амфитеатра, Софоклюс с Гераклом заняли самые лучшие (почётные!) места, с которых сын Зевса, гневно ругаясь, согнал каких-то слегка подвыпивших двух седовласых греческих царей.