Непобедимый эллин

Софоклюс кивнул и поспешил вслед за Гераклом.

- А что за пьеса ставится в вашем театре? - полюбопытствовала хорошенькая девушка, когда историк гордо вышел из роскошных покоев Хряка.

Решив пошутить, Софоклюс коротко ответил:

- Подвиги Геракла!

- А… - протянула девушка, с трудом понимая о ком идёт речь. – Я тоже видела этот фильм «Конан-варвар» называется.

«Опять непонятные слова!», - недовольно подумал хронист, нагнав сына Зевса уже в самой пещере.

- Спускайся вниз! – Геракл скептически потрогал покатые каменные своды.

- А как же ты?..

- Не спорь! Спускайся вниз и отойди как можно дальше…

Через пять минут знаменитой горы не стало.

Из обрушившихся обломков выбрался невозмутимый, но слегка перепачканный сын Зевса и, увидав вытаращившего глаза Софоклюса, показал тому отставленный вверх большой палец.

***

- Давай вставай, убожество! – Копрей неприязненно пихнул сандалией, валяющегося в небольшом ручейке Херакла. – Ты всё веселье пропустил...

- Как?!! – Херакл открыл мутный левый глаз и осоловело уставился на недовольного посланца Эврисфея.

– Ты кто?

- Грек Пихто! – огрызнулся Копрей. – Я от Эврисфея. Геракл, судя по всему, уже совершил свой пятый подвиг, а ты в луже лежишь, пузыри пускаешь…

- Что же теперь делать? – в отчаянии воскликнул постепенно приходящий в себя самозванец.

- Финики сушить! – снова огрызнулся Копрей. – Слушай и запоминай, шестым подвигом Геракла будет…

Внимательно выслушав посланца Эврисфея, Херакл торжествующе улыбнулся.

Глава 10 БИТВА С КЕНТАВРАМИ

Совершив свой пятый подвиг, великий герой Греции решил немного передохнуть и сделать небольшую паузу.

В конце концов постоянные скачки по Аттике жутко его выматывали. Одно дело лежать на зелёном живописном холме, вяло наблюдая за овцами растаскиваемыми волками, и совсем другое дело трястись день и ночь в подскакивающей на каждой колдобине боевой колеснице. Даже путешествуя с аргонавтами за золотым руном, Геракл так не напрягался, как в дни своих знаменитых подвигов.

«К кому бы тут поблизости заскочить? – усиленно размышлял сын Зевса, колеся по широким дорогам вокруг города Псофиса.

– Интересно, у кого из местных жителей в погребах плещется самое лучшее вино?».

Последнюю мысль великий герой произнёс вслух, чем отвлёк от исторического труда недовольного Софоклюса.

- Общеизвестно, - заявил хронист, покусывая конец острой палочки, - что лучшее вино в здешних краях изготовляют кентавры.

- Кентавры? – задумчиво повторил Геракл смутно знакомое слово.