Летняя практика

— Ты совсем, что ли ума на старость лет лишилась? Вурдалак это!

— Сам ты вурдалак! — злобно огрызнулась старуха, прикрывая собою ошалевшую морду нежити. — Не трожь, велено тебе. Псина моя, дом будет охранять.

Староста с сомненьем взглянул на грустную вурдалачью морду с выразительными налитыми кровью глазами и оглянулся на толпу односельчан. Те тоже были в не меньшем замешательстве, нежели сам староста. Но право выбора, как всегда, предоставили ему. Мол, ты главный, тебе потом и за последствия отдуваться.

С одной стороны, уничтожить нежить было делом благородным и правильным.

Негоже в селении держать такую... неживотину. А с другой, Карминишна отличалась изрядным козлиным упрямством и не меньшей, чем у козлов, мстительностью, так что за уничтоженного вурдалака Тара она точно не простит и долго потом будет по мелкому пакостить. То коз своих в его огород запустит, то в курятник лису. Это же понимали и другие селяне, так что им тоже резко перехотелось участвовать в казни нежити, своя рубашка ближе к телу. Ну, подумаешь, вурдалак в селе. Так он же на цепи! Зато можно будет всем соседям разболтать, что в их Альметьевке аж цельный вурдалак в сторожах сидит. Так не то что ворьё мелкое, но и кто поопасней, стороной обходить село станет. А посему староста думал не долго.

— Ладно. Леший с тобой! Нехай сидит псина твоя. Но коль с цепи спустишь, тут уж не обессудь, заколем, — разрешил Тар.

— От и славно, — обрадовалась старуха, по-хозяйски потрепав вурдалака про меж лопоухих ушей. Тот аж присел от неожиданности, даже не успев щёлкнуть на наглых человечков клыками.

— На кой мне Тузика спускать? — продолжала рассуждать старуха в слух. — Нехай сидить. Гавчить будет громче.

Ильяс уставился на садово-шанцевый инструмент, что еще не перестал звенеть после удара об пол прямо под носом только задремавшего боевика.

— Это что? — тыкая пальцем в лопату, лежащую по-царски на его месте, озадачился Лют.

— Лопата, — так же озадаченно отозвался артефактор, даже не задумываясь, о том, что боевик и без него это видит.

— А что делает тут? — тем не менее не отставал светловолосый.

— Лежит, — так же тупо отозвался Ильяс. — Что за шутки? — буркнул он сам себе под нос.

Топор, что совсем недавно стал причиной его хромоты, был выброшен в окно, и туда же отправилась и лопата.

— Зачем выкидываешь, а вдруг пригодится? — попытался образумить боевик расточительство приятеля.

— Я артефакты делаю, а не могилы копаю. Можешь Бесу предложить, вдруг нуждается, — окрысился в миг парень.