Летняя практика

Его плачь резко перешёл в подобие кошачьего мява и тут же сменился тишиной, будто маленький проказник чего-то ждал.

Все присутствующие переглянулись озадаченно, пытаясь на лицах соседей узреть ответ на странное поведение. Но никто не был знаком с обычным поведением детей, поэтому достоверных сведений о странности или обыденности поведения данного конкретного ребёнка знать студенты не могли. Лишь Сольгрей поняла, что сейчас что-то будет, и это что-то им не понравится.

— Что тут у вас? — голос внезапно пришедшего некроманта заставил всех подскочить и обернуться.

А Бес тем временем узрел ребёнка. В отличие от своих согруппников он сразу понял, что это за ребёнок перед ним. Ему даже не требовалось объяснений и вопросов.

— Отойдите! — только и успел рявкнуть некромант. Эльф с немалым облечением опустил ребёнка прямо на траву и отскочил в сторону, стараясь затесаться как можно дальше за спины студентов. В тот же миг из леса донёсся странный рёв — смесь обычного кошачьего «мяу» с рыком медведя.

Студенты кинулись врассыпную, а на поляне появилась огромная кошка, как раз такая, которой мог бы принадлежать этот рёв.

Она была крупной, размером с матёрого волка, на более приземистых и массивных лапах и с длинным вытянутым туловищем. Золотистая шкура играла на солнце. На морде кроме огромных клыков, что устрашающе скалились, студенты успели разглядеть только огромные, словно подведённые углём, жёлтые глаза. Кошка прыгнула к костру, прямо к ребёнку, загораживая его своим поджарым телом.

Рыкнула напоследок, ударив длинным хвостом по воздуху как плетью, и припав к земле, уставилась на Люта. Боевик чувствовал свою вину, что унёс найдёныша из леса, а потому вместо бегства или магического пульсара, неожиданно даже для себя выдавил:

— Извините.

Огромная кошка озадачилась на миг, это отчётливо проступило на её морде. Выпрямила передние лапы и оглядела всех присутствующих, словно это и не кошка, а женщина, окидывающая взором нашкодивших соседских мальчишек.

Видя, что доселе грозно настроенная кошка, вроде как смягчилась, студены согласно закивали. Наставник в том числе, хоть и участие в сем балагане принял весьма опосредованно.

— К’ярде ре атэ, аръядэ рау [1], — тихо проговорил некромант. Кошка дёрнула круглым ухом, повела носом, расправив пушистые белые усы и рыкнула ещё раз, переведя свои янтарные глазищи на Беса. После странных никому неизвестных слов некроманта, кошка успокоилась.