Летняя практика

Подошёл, наклонился и потряс за плечо. Ноль эмоций. Потрепал посильнее, результатов тоже не добился. А потом, испугавшись, прислушался — никак не дышит совсем?

— БЕС! — дурниной взвыл боевик, отскакивая от мертвяка и за голову хватаясь.

Это что ж теперь с ними в академии сделают? Убили, ироды, согруппника, да ещё каким способом богомерзким. Как есть на каторгу пошлют, и это ещё если повезёт.

— Чего ты там орёшь? — послышался недовольный голос некроманта сверху. — О, туррух [1]! Как я здесь...

Договорить он не успел, кулём свалившись с ветки, но что удивительно, приземлившись на обе ноги.

— Карраш таххур багырыз [2] !!! — с чувством показал некромант глубокие познания в орочьих ругательствах.

— Бес, — едва живым голосом пролепетал Лют, не особо заметивший всех приключений друга. — Тут это...

— Чего «это»? — неприязненно буркнул некромант, вообще-то не привыкший к ранним побудкам ввиду сугубо ночной специальности, да ещё и скверного сушняка после вчерашнего.

— ...труп... — совсем помертвевшим голосом закончил боевик и безвольно осел на травку.

— Где? — мигом заинтересовался некромант, позабыв и о жажде, и о побудке, и прочих неприятностях этого утра, завертел головой в поисках означенного мертвеца.

— Так вот... — Лют растерянно указал на Ильяса, всё ещё неподвижно возлежащего на их общих вещах и по прежнему не подававшем признаков жизни. Он даже цветом был каким-то слегка посиневшим и не дышал, и как Лют сразу не заметил. Да и холодный уже.

Видать ещё вчера окочурился. От этих мыслей боевик вновь схватился за голову и принялся размеренно тюкаться лбом в согнутое колено, приговаривая:

— Не надо было пить. Меньше надо пить...

Некромант тем временем, оглядевшись вокруг и не найдя искомое, возмущённо уставился на товарища:

— Да где труп-то? Чего ты там бормочешь?

— Ильяс умер! — выпалил боевик, прекратив самобичевания и воззрившись на некроманта с таким видом, мол, что тут может быть непонятного.

Вон он лежит и не шевелиться, признаков жизни не подаёт. Бес проследил за ошалевшим взглядом светловолосого и усмехнулся.

— Да спит он.

Затем подошёл и бесцеремонно выдрал свои штаны из-под бездыханного друга.

— Но он холодный и не дышит! А когда я его будил, даже не шевельнулся.

Некромант от этих слов развеселился ещё больше:

— Если б ты столько же выпил, тоже бы сейчас не шевелился. Да спит он, в отключке. А холодный, потому что замёрз.