Организатор потоков

Кто-то из детей рисовал мелом на асфальте, кто-то бегал друг за другом, тонко визжа, кто-то дергал за рукав уткнувшуюся в телефон родительницу.

– Бедолаги, – то ли кивнула на детей, то ли обвела взглядом аллею Мария. – Целая жизнь впереди и ничего необычного. Бегают, визжат и не догадываются, что лет через десять-пятнадцать каждый новый день будет похож на предыдущий.

– Реальность, – согласился библиотекарь, не понимая, куда клонит его спутница.

– Вот скажи, Зеленый, – обратилась она к нему по фамилии, – а ты кем в детстве хотел стать? Не в реальности, а в мечтах.

– В смысле? – растерялся Илья.

– В коромысле, блин. Все дети представляют себя кем-то: рыцарями, путешественниками, пиратами, мушкетерами. Вот ты в кого больше всего любил играть?

Илья задумался. Мария его не торопила, поглядывая на то, как парень морщит лоб, не то вспоминая, не то выбирая из всех детских фантазий самую-самую. Вопрос застал библиотекаря врасплох и, несмотря на несерьезность, заставил задуматься. Молча парень и девушка дошли до конца аллеи, где стоял киоск с мороженым.

Так и не ответив на вопрос, Илья достал кошелек и спросил девушку:

– Ты какое любишь?

– Фруктовое, – блаженно улыбнулась Мария.

– Два фруктовых, – сказал парень в окошко киоска, протянув туда же купюру. Забрал сдачу, мороженое и протянул один из стаканчиков девушке.

– Так все-таки, кем? – спросила та, принимая лакомство из рук Ильи.

– Наверное, волшебником.

– А почему «наверное»?

Илья снова задумался.

– Волшебство мне прикольным казалось.

Это ж здорово: рукой махнул, пробормотал что-то, и вот тебе салют в небе или целый дракон ручной.

– Дракон... – мечтательно протянула девушка.

– Потом, когда подрос, детективом стать хотел, – разоткровенничался Илья.

– О как!

– Мне очень нравилось, как Шерлок Холмс умозаключения делает, как объясняет ход мыслей Уотсону.

– Ватсону, – поправила Мария.

– Уотсону, – возразил Илья. – Это Ливанов уже в кино его Ватсоном назвал и прижилось.

– Ливанов угадал, – заявила спутница Ильи.

– Его фамилия звучит именно как Ватсон.

– С чего такая уверенность?

– Знаю, – загадочно ответила Мария.

– Что его на самом деле звали Ватсон?

Мария кивнула.

– Но это же просто особенности перевода имени персонажа, придуманного Конан Дойлом.

– Это если с этой стороны смотреть.

– С какой «этой»? – не понял библиотекарь.

– С той, которая не изнутри.

Сердце Ильи сделало паузу между ударами чуть больше предыдущей и слегка ускорилось.