Лавка подержанных артефактов

И почти все тащили с собой что-то на продажу или хотя бы обмен.

К глубочайшему удивлению Стива, большинство этих предметов и вправду оказывались магического происхождения, однако почти все годились разве что на сувениры и, к глубокому недовольству Форли, продавались именно в таком статусе без особых нужд вникнуть в их свойства. На какие-то эксперименты просто не оставалось времени. Особым спросом пользовался набор живых столовых приборов. По назначению использовать их было затруднительно из-за криков и не всегда лестных комментариев на тему состояния полости рта, а вот купить просто на память говорящую ложку — запросто.

Стояло раннее утро, солнце только-только поднялось из-за горизонта, но уже грело так, будто рассчитывало если не сегодня, то точно уже завтра побить все возможные температурные рекорды и изжарить Марку в собственном соку. Несмотря на время и погоду, Стив уже несколько часов как был на ногах и даже успел закончить кое-какие дела. Он как раз возвращался в лавку из мэрии, куда с утра занёс финансовый отчёт за прошлый месяц и целую кипу милых сердцу и кошельку денег.

Откладывать этот визит было чревато: городские бюрократы вообще относились к лавке подержанных артефактов, словно та вот-вот разнесёт полгорода.

В отличие, например, от гильдии алхимиков, находившихся у них в фаворе. Перекошенное кирпичное здание с кучей вредных старикашек-алхимиков внутри действительно сгорало дотла почти ежемесячно. И стабильно раз в полгода в ходе очередного гениального эксперимента — других и быть не могло — город накрывало туманом с явным психотропным воздействием.

Словно угадывая мысли Стивена, неподалёку что-то громко взорвалось. В небе застыл дымчатый силуэт, напоминавший не то череп, не то гнилую тыкву бледно зелёного цвета, который колыхался на ветру, похоже, нисколько не собираясь исчезать. Казалось, алхимики пытались освоить производство фейерверков.

Народ на улице почти не обратил на взрыв внимания: в основном сейчас бодрствовали те, кто, как и братья, планировали весь остальной день проработать на ярмарке, иначе говоря публика к подобному привычная.

С большей их частью Стив был знаком уже добрых пять лет, поэтому весь его путь состоял из бесконечного повторения безлико-вежливых фраз вроде: «Доброе утро, как идёт торговля?» и «Да, нормально, работаем!».

Неожиданно привычную рутину нарушил высокий, лысый и тощий как дохлая рыба субъект в лохмотьях, от которого на метр разило едкой смесью из алкоголя, серы и чеснока.