Одержимая

Несмотря на заверения Агафьи, что пища Анчутке не нужна, говорить ему ничего не стала. Зачем лишать маленьких радостей своих домочадцев? Пусть даже эти домочадцы настоящий бес и домовой дух.

Домовой, всё это время сидевший на узком подоконнике, спрыгнул на пол и засеменил за Анчуткой.

- Эй! А ну стоять! – окликнула я домового, и тот замер, как я недавно под взглядом осматривавшего двор ведьмака. Потом медленно повернулся ко мне и уставился на меня своими глазками-бусинками. Я даже смутилась, но строгости не растеряла: - Куда ты к столу и в таком виде? Причешем тебя, умоем и только тогда сядешь есть.

Домовой оглянулся на беса, но тот пожал плечами и перечить не стал. Зато сам Анчутка взял тарелку и стал есть, аппетитно причмокивая. Домовой снова вздохнул и всё-таки подошел ко мне. Наверное, неизвестная местным лапша манила больше, чем пугало предстоящее причесывание. И домовой готов был потерпеть ради обеда.

Для этой цели Анчутка достал откуда-то деревянный гребень. Вот так, значит. А как я для себя спросила, ни одной расчески в доме не было! Бес – он и есть бес.

Но вот как они успели спеться с домовым за такое короткое время? Ведь еще вчера Анчутка уверял меня, что общего между ними нет и быть не может.

Шерсть домового расчесывалась на удивление легко. Я уже готовилась безжалостно обстригать колтуны, но они разглаживались, стоило провести по ним гребнем. К концу причесывания он был похож на помесь мохнатого колобка и нестриженного ши-тцу, даже глаз не было видно. Всегда мечтала о такой маленькой пушистой собачонке – или о шпице, или о ши-тцу.

Пришлось так же, как маленькой собачке, собрать шерсть домового в хвост. Хотя хвостом ограничиваться я не стала, и заплела косичку, повязав её еще одной алой лентой. Косичка болталась на его макушке, как антенна, и покачивалась при движении. Зато теперь было видно его глазки и небольшой розовый носик. Стало понятно, где у домового низ, а где верх и с какой стороны лицо. Выглядел он очень мило. Хотелось потискать его, как домашнюю зверушку.

Повезло мне, - подумала я. И милый питомец, и помощник по дому – два по цене одного! Но тискать, как домашнего кота, пока не стала. Вдруг обидится и опять спрячется? Но домовой, видимо, был тот еще затейник, раз не мстит за недавнюю поимку и оценил мой нестандартный подход. Может, и обнимашки полюбит?

Рук и ног у домового во время причесывания я не обнаружила, хотя он как-то ходил – я сама видела. Какие конечности заставить его мыть перед едой – даже не знаю.