Чистота-порядок и прочие каверзы

— Леночка, может, еще тортик принести? — к беседке подошла Ленина мама, щурясь на солнышко и вытирая руки передником.

— Нет, мам. Ты лучше сядь, сама чаю выпей. Ребята тебе сказки рассказывать будут. А я пойду суп доварю, — девушка вскочила на ноги и направилась к дому.

На крыльце сидел папа. Расстелил перед собой дерюгу, на дерюге разложил рыболовные снасти: крючки всех размеров, блесна всякие и прочие хитроумные приманки, мормышки… Лена во всем этом не разбиралась, и вообще к рыбалке была равнодушна, а отец вот любил.

Специально же дом искал у реки, а тут и рек целых две, одна в другую впадает.

— Сегодня пойдешь, пап? — спросила Лена.

— Нет, — папа оторвался от мормышек, стал любовно поглаживать удочку с каким-то особо навороченным спиннингом. — Завтра с утреца, по холодку. На завтрак рыбу пожарим. Ты мне вот что скажи: ты дом точно не красила?

— Точно, — кивнула Лена. — Куда ж мне одной такую громаду? Альпинистов бы нанимать пришлось.

— Я же весной приезжал сюда, — рассуждал папа. — Так дом такой облезлый был.

А сейчас как с картинки.

— Так март же стоял, папуль. Серость и грязь. Тебе показалось просто, — и Лена тихонечко хмыкнула себе под нос.

— Да. Наверное, ты права. Тем лучше.

— Пойду я, — спохватилась Лена. — Там суп на плите.

Она скользнула в прихожую, разулась и пошла в кухню. Вода в кастрюле закипала, плавно превращаясь в наваристый бульон. Лена вымыла руки и взялась шинковать капусту, а от скуки иногда поглядывала в окно.

За окном были ребята. Они дружно высыпали из беседки, окружили старую сливу и пытались теперь выманить Яшку.

— Да не жрет он хлеб, — доказывал друзьям Олег. — Смотрите, как надо!

Он подобрал под сливой специально припасенный для таких случаев прут, насадил на его кончик кусочек ветчины и, привстав на цыпочки, поднес к домику.

Некоторое время ничего не происходило. Яшка — существо ночное и явно сладко дрых в недрах своего убежища. Но вскоре запах ветчины прокрался в его сон. Не прошло и минуты, как из домика высунулась умильная мордочка с черными глазками.

Острые зубки схватили угощение, а затем Яшка снова спрятался, чтобы слопать вкусняху в уютной темноте домика.

Ребята дружно заумилялись.

Лена улыбнулась и стала снимать с кастрюли накипь.

Рабочие давно размотали свой шланг и теперь просто стояли рядом, контролируя процесс откачки ила. Шланг мерно гудел, а потом вдруг захлюпал, заворчал.

— Чего это он? — удивился один из мужиков.

— Не знаю, — пожал плечами второй. — Засосал что-то.