Отбор попаданок для короля-дракона

– Благословлены дети мира сего, но все обернется вспять. И нужно лишь брать только ту, что отмечена невинностью. И невеста будет не одна у алтаря стоять, глядя в глаза благословенные.

Он замолк, склонив голову на бок. Не одна – их много будет? Не одна жена? Я пролетаю, как фанера над Парижем с такими предсказаниями.

– С другого мира будет та, что будет здесь. И содрогнутся небеса, и горы взвоют над простором, лужи высушатся вмиг. Но Яухтурей ужасно зла, и зверь по воле ее забудет все. Дается шанс один, второй.

Но выбор сделать должен он. Их будет всего десять.

Печеный лосось.

Невинность света падает на пол, когда узрит дракон в немом молчании свою судьбу, свое призванье. И упадет отчаяньем душа, что мучили при жизни. Магма, жареный петух.

Сильный телом воспрянет духом, возразивши мудрейшему раз.

Волна и земля схлестнутся вновь.

Сквозь похоть и обман меняется судьба. Мокрые штаны.

А умный обретет отраву.

И мать утерянную найдет душа со светлыми мозгами.

Целебные травы.

Не откажется святыне, что серебро на шее носит как всегда.

Следи за той, что ищет вне угла, ведь золото – наше все.

Средь ликов ищет обожание, но забывает о себе, и ей укажет лик созданья, что дан в рождении той.

Смерть пришла с той, что вину не несет.

Соединятся мира два, благодаря лишь той, что поведет всех за собой. И к алтарю они придут в самый праздный день. Когда лишь сбудется то, что предназначено для десятерых.

Прознают все, что за дела – богиня так хотела. Испытаний месяца два даны от первого числа.

Успей, дракон.

Сладкий перец.

Чистое сердце – тяжкая ноша, но Яухтурей верит в вас очень.

Первая мысль, что возникла в моей голове – Ярмир – или дальний родственник, или создатель гугл-переводчика. Хоть бы записать дал. Как я это все расшифровывать буду?

– Вот, возьмите лист с предсказанием, – протянул монах мне запись.

– А вы раньше не могли дать? – спросила, пробежавшись взглядом по тексту. Все, что сказал старик. Сложила предсказание вдвое и положила в сумку.

– Ой, нет, что вы.

Я записывал за ним. Просто всегда есть часть, относящаяся к предсказанию, – он показал рукой на выход. – А есть часть, необходимая нам.

– Это про печеного лосося? – уточнила, выходя из комнаты.

– И про мокрые штаны.

– Спеши, дитя другого мира! Ведь можешь не успеть! – позади раздался инфернальный голос старика. Его белесые глаза крутились по кругу, не в состоянии сфокусироваться. – Зачать дитя способна вновь, но поспеши – нифрейтин в крови течет.