Все огни Альдероны

В результате сейчас я забавлялся, глядя, как разбойники пробираются сквозь поле несуществующих «волчьих ям» и растяжек.

Так, пора и честь знать. Сила Гримуара Тьмы позволяла мне сливаться с тенями и перемещаться по ним, так что я откинулся на темный ствол, став тенью, быстро спустился с дерева, подобрался к последнему отряду и вернулся в привычную форму.

  — Как дела, ребята? Что делаем?

  Видели бы вы, как подпрыгнули те двое! Они мгновенно повернули в мою сторону головы, в их выпученных глазах читался испуг смешанный со злостью.

Один попытался выхватить клинок из ножен, однако один удар в грудь и разворот с подсечкой — и незадачливый вояка валяется с кровоточащим носом в шаге от моей персоны.

  — Не советую доставать ваши ножички, — сказал я, скрещивая руки на груди. Кто-то сплюнул, все еще не воспринимая меня всерьез. Ну-ну. Слева на периферии зрения что-то мелькнуло, я вскинул руку и в тот же миг сжал кулак. Дерево. Длинная ровная палочка с металлическим наконечником с одной стороны и оперением с другой.

Я зыркнул в сторону деревни и сказал, добавив металла в голос. — Стрелять из луков я тоже не советую.

  Староста уронил лук. Это он решил пустить в меня стрелу, пока моё внимание было поглощено остальными. Остальные глядели на меня с яростью и поражением в глазах, и, насколько я могу судить по вытянувшимся маскам, с разинутыми ртами. Ага, не ожидали? Хотя, для такой-то деревни это вообще должно быть за гранью понимания — ладно хоть от удивления в обморок никто не падает.

  — Позвольте мне внести предложение, — мой негромкий голос звучал набатом в глухой тишине. — вы покинете этот лес и уйдете отсюда по-хорошему, предварительно вернув или, если надо, отработав все краденное, искренне покаявшись перед жителями, а так же оставив здесь свое оружие, либо я лично выдворю вас отсюда. В первом случае я гарантирую вам защиту от самосуда и справедливый суд, на котором это, будьте уверены, зачтется.

Во втором же случае я не могу обещать вам абсолютную целостность ваших костей, а особо рьяным — и сохранность их жизней. Что скажете? — я повернулся к старосте.

  Он попятился. На виске у мужика пульсировали жилка, а глаза метали молнии, но он весь просто трясся от страха. Вновь повисло молчание. Кто-то задумался, кто-то покрепче сжимал рукоятку кинжала или древко стрелы.