Счастливчик Рид

  Энергично тряхнув головой, Рид попытался придумать какое-нибудь логичное объяснение происходящему, но почти сразу же отбросил эту гиблую затею.

- Какое к дьяволу мать его объяснение?! – Едва ли не во весь голос завопил наемник. – Что тут происходит вообще! Как я… - неожиданно накрывшая его с головы до ног волна “зова” заставила Рида вздрогнуть всем телом. 

 Он снова почувствовал, как его куда-то тянет. Какое-то из внутренних чувств уговаривало повернуть назад, но “зов” был сильнее. Теперь он не просто манил наемника за собой, он приказывал ему следовать вперед.

 В очередной раз обрушив почти неиссякаемый поток страшных проклятий на всех и вся, Счастливчик ударил пятками в бока коня, принуждая того двигаться быстрее.

“Была не была!”

*          *          *

 Освещенная неясным лунным светом дорога летела вперед подобно сотканной из мрака извивающейся ленте. Тяжелые копыта белого коня врезались во тьму, разбивая ее на осколки комьями грязи, разлетающимися в стороны.

Тиом мчал своего седока вперед, белым пятном выделяясь в обволакивающей его ночи. Пар струился из ноздрей коня, поднимаясь к затянутому тучами небу и растворяясь в холодном воздухе.

 Не прекращающий проклинать выпивку и злую судьбу, Счастливчик трясся в седле, тщетно вглядываясь в дорогу и моля Удачу не посылать навстречу его голове низко висящие ветви, заметить которые вовремя всадник едва бы смог. 

 Пусть надоедливый дождь и прекратился, но дорога после него оставалась мокрой и склизкой.

Ледяной ветер легко продувал вымокшую одежду, стремясь забрать у наемника последнее тепло и, в довершение всего, тучи постоянно скрывали луну. 

 Несущийся по дороге конь то и дело поскальзывался, и Рид даже подумал, что умереть, сломав шею при падении с лошади, довольно ироничная смерть для того, кто почти десять лет провел на палубе корабля.

 Но Удача в эту ночь отличалась поразительной милостью.

Возможно, у нее имелись на счет наемника какие-то свои, более интересные планы. Кажется, покровительница всех, кто ест с ножа, от души забавлялась, наблюдая за одним из своих верных адептов, сначала без жалости швыряя его в самую гущу неприятностей, а потом, вдоволь отсмеявшись, помогая выбраться живым.

  Как бы то ни было, Счастливчик веселья Фортуны не разделял, хотя и был благодарен ей за сохранность своей жизни.