Счастливчик Рид

Все или ничего!

 Мгновенно бросившись в контратаку, Счастливчику удалось сбить с головы противника капюшон и насладиться видом разбитого гротескного лица, чем-то похожего на человеческое. Бес оказался абсолютно лысым, со злыми желтыми глазами с вертикальным зрачком, острым носом, из которого струилась густая черная кровь, и неестественно широким ртом, полным острых зубов. Венчало все это жуткое недоразумение пара острых рогов.

“Просто красавчик!”

- Больно, да? – нервно улыбнулся наемник, пытаясь не смотреть в сузившиеся полыхающие злобой глаза.

Тот факт, что тварь истекает кровью, как и любое живое существо, немного приободрил Рида. Но лишь немного.

- Скоро тебе предстоит познать о боли все, жалкий человечишка, - гортанным и грубым голосом произнес бес, нещадно коверкая слова. – Я пожру твою душу и душу той ведьмы!

- А мою-то за что?! – возмутился Рид, но вынужден был заткнуться и вскинуть саблю, чтобы отразить еще один молниеносный выпад.

 

 Отскочив назад, наемник рванул из-за пояса дагу и принял низкую боевую стойку, осознавая, как глупо сейчас выглядит, пытаясь сражаться обычным оружием против иномирной сущности. 

 Счастливчик никогда прежде не встречался с такими существами. За свою жизнь он успел сразиться с великим множеством самых разнообразных уродов, но вот против беса оказался впервые. И лучше бы не иметь опыта подобных схваток, так как надежды Рида на победу или хотя бы сколь-нибудь равный бой таяли с каждым ударом сердца.

Окончательно они рассыпались в прах, когда бес сорвал свой плащ и будто бы увеличился в размерах, демонстрируя наемнику свое мускулистое, заросшее черной шерстью тело. 

 Взгляд Рида сразу же различил теряющееся в шерсти серебряные браслеты, похожие на тот, что инквизитор одел на Терезу. Вот только на нечистом было три церковные побрякушки – одна на шее и две на запястьях.

- Тебе идет! Бабушкино наследство? - оскалился Счастливчик, шалея от собственной смелости – сейчас он остро осознавал, что ему в принципе нечего было терять, кроме собственной жизни. Впрочем, почти как всегда. - Я разорву тебя! – взревел черт, и его мышцы забугрились под грубой кожей.

 Тут даже самые смелые зеваки с воплями бросились врассыпную, и оживленная улица чудесным образом опустела всего лишь за несколько мгновений.