Невероятные приключения циников в Скайриме

При виде Питикаки рейнджер едва сдержал усмешку:

— Кинжал-то зачем брала? За грибами ходила?

Девица присела к костру, заметно морщась, поерзала на месте:

— В Скайриме сохраняется тридцати трех процентная вероятность, что на тебя кто-нибудь нападет: волк, медведь, паук или еще какая дрянь… Если уж мне и суждено было погибнуть со спущенными штанами, то хотя бы не с пустыми руками, — девка притянула к себе мешок и вытащила из него дневник.

Бишоп закончил точить нож. Убрав за пояс, рейнджер поднялся, собираясь обойти окрестности и проверить их на затаившихся врагов.

Питикака права — здесь могли напасть в любой момент. Он подошел к стреноженной лошади, чем заработал подозрительный взгляд возницы из телеги — мужику не впервой было ночевать под открытым небом, и тот устроился прямо в повозке между лавок, сторожа свою кобылку. Бишоп поднял руки в примирительном жесте и пошел дальше.

Кругом стояла тишина. Над черной гладью озера кружили стрекозы, на берегу вились светлячки, а две луны — Секунда и Массер — уже взошли на звездном небе.

Бишоп бросил взгляд в сторону костра, около которого сидела одинокая фигура, склонившись над книгой.

— Ведьма, — пробормотал Бишоп, против своей воли вспомнив режущий взгляд и странные слова, цепляющие за душу.

Он отвернулся, обошел лагерь с другой стороны в надежде найти себе занятие и держаться подальше от довы, но кругом было спокойно, и ему ничего не оставалось, как вернуться к костру. Рейнджер по привычке зашел с подветренной стороны, расстелил спальник недалеко от огня и улегся поверх одеяла из шкур.

Пальцы сжались на рукояти кинжала, лук устроился под рукой слева, стрелы справа — можно спать. Бишоп некоторое время еще посматривал вокруг, но глаза начали сами собой закрываться — рейнджер вздрогнул и тряхнул головой, прогоняя сон.

— Если хочешь спать — поспи, — раздалось с другой стороны костра, и Питикака оторвалась от своих записей, — я посторожу. Все равно сейчас не усну: выспалась в дороге, да и задница как-то странно горит… Как чувствовала, что листья подозрительные попались.

— Могу проверить, — Бишоп широко зевнул и на всякий случай уточнил: — Задницу, не листья.

— Да-да, необузданная ты машина для секса, — отмахнулась Питикака, — я серьезно. Тебе стоит поспать. Со своими синяками под глазами ты похож на оживший труп, а от недосыпа, между прочим, снижается концентрация до сорока процентов.