Невероятные приключения циников в Скайриме

Первая воткнулась в глаз дракона, вторая ударилась и переломилась о его броню. Блондинка, заметив чужие стрелы, подняла руку с мечом в воздух и, издав победный клич, умудрилась запрыгнуть на голову умирающего дракона. Какой героизм, елки… А пафоса-то сколько, тьфу. Я шмыгнула за камень и, чтобы не упустить момент со смертью летающей ящерицы, высунулась из-за камня. Дева и стражники, как муравьи окружили издыхающего дракона, как вдруг тот тряхнул рогатой и закричал голосом полным агонии:

— До-ва-ки-и-и-ин! Не-е-ет!

— Да-а-а, — я радостно потерла ручки и вылезла из укрытия.

В последний миг дракон поднялся на задних лапах, и тут его кожа и плоть начали тлеть, словно сгорающая бумага. По некогда твердой чешуе побежали искры. Дракон рычал от боли: его тело медленно превращалось в скелет, кости охватило радужное пламя. Оно переливалось всеми оттенками и вырвалось наружу, сметая все на своем пути. Я ослепла на миг, когда перед глазами встала золотая стена, а силы дракона — его душа, его суть — вливались в меня, наполняя доселе неведомой силой.

Мне казалось, что я могу все! Взлететь, кричать огнем, исторгать молнии и холод, я словно видела прошлое и будущее, я знала древние языки и знания, которые недоступны людям. Я была драконом…

Свет постепенно спадал, когда начала приходить в себя. Повсюду слышались шепотки, но мне не было до них никакого дела. Все-таки я довакин… Человек с душой дракона. Единственная и неповторимая в своем роде. Я могу кричать…

Открыла глаза, и обнаружила себя под перекрестьем множества взглядов.

Все верно, мужики! Кто довакин? Я довакин! Мне казалось, что я даже немного подросла, а уж чувствовала себя на миллион.

— Кхм… Питикака… — раздалось над ухом.

— Погоди, Бишоп, сейчас я покажу тебе силу Крика!

— У нас проблема.

— Ну что еще?! Ты отрываешь меня от инициации…

Рейнджер осторожно, словно боясь обжечься, тронул меня за плечо:

— Не хочу портить тебе праздник, но у нас тут, похоже, два довакина…

***

После битвы данмерка отправила солдата за подмогой, а остальные из ее отряда разожгли костер и устроили лагерь на остатках разрушенной драконом башни.

Вечерело. Кто-то перевязывал раны, кто-то встал в караул, ну, а кто-то шептал молитвы Талосу за погибших соратников — запах крови и влажной земли стоял вокруг удушающей завесой. Хорошо, хоть дым от костра несколько разбавил вызывающие тошноту ароматы.

Мы сидели у огня и пялились друг на друга со всей подозрительностью. Я и бравая блондинка-нагибатор.