Северные волки

— Но если с нашими лошадьми случится что-нибудь плохое, то он заберет тебя с собой и, скорее всего, сожрет. Он часто так делает.

— С ними все будет в порядке, господа! Все в лучшем виде сделаю, специально для вас! — затараторил мальчик, испуганно глядя на Треда, который нетерпеливо топтался на пороге, ожидая друга. — Да я лучше...

— А это чьи? — прервал молодой северянин мальчишку, указав рукой на стоящих под навесом животных. Вегард немного разбирался в лошадях и сразу понял, что эти довольно дорогие, как и их богато украшенная сбруя.

— Постояльцев это… — Ребенок немного растерялся.

— И что такие богатые люди забыли в вашем заведении? — Берсерк насчитал девять лошадей, рядом с которыми лежали вместительные тюки.

— Мне не ведомо, господин. — Казалось, ребенок испугался, что своим ответом прогневает северянина. — К нам завсегда только пьяницы заходят, которые рядом живут, а вот вчера вечером приехали эти господа. В основном эльфы, с ними девушка и еще паладин, самый настоящий!

— Опять эльфы. — вздохнул Тред.

— Может, поищем другую таверну?

— Почему же… — В голубых глазах молодого воина вспыхнул интерес. — Разве тебе не любопытно...

— Нет, — отрезал одноглазый, — свсем не интересно. Я хочу выпить, поесть и завалиться спать, а если мне будут мешать, клянусь топорами Торфела, они об этом пожалеют! И плевать я хотел, кто там — остроухие, девка или паладин! — Тред взмахнул тяжелой секирой, едва не задев дверь, и мальчик, стоявший недалеко от него, громко икнул, отступив на несколько шагов.

Вегард понимающе улыбнулся.

Оружие Треда, равно как и его владелец, внушало людям ужас — длинное, толстое, крепкое, обитое железом и обтянутое кожей древко не смог бы полностью обхватить обычный воин Империи, а о том, чтобы сражаться столь грозным оружием, и речи быть не могло. Но огромный северянин без труда держал секиру, прозванную им «Вдовьей скорбью», то и дело с любовью поглаживая блестящие отточенные лезвия, выполненные лучшими кузнецами севера по образу топоров Торфела, бога войны. Сияющую сталь украшали древние руны, призванные защитить владельца оружия от магии и проклятий. На деле, конечно, особой защиты от этого не было, и рисунки служили лишь украшением секиры, но Треда это не очень-то волновало. Оружие ни разу не подводило своего хозяина, верой и правдой прослужив ему долгие годы, и старый воин души в нем не чаял, холя и лелея свою «девочку», словно зеницу ока. 

Отвернувшись от затаившего дыхание мальчишки, Вегард толкнул тяжелую дверь.