Поединок №24. Дэйв Макара и Ира Малинник

«Фарфор?», подумал я, наклоняясь ближе, завороженный этим изломанным уродством угасшей жизни, и тут же ощутил резкую боль в переносице.

В моих глазах потемнело, и меня резко замутило. Вдруг что-то схватило меня и отдернуло назад; краем глаза я увидел алый след собственной крови, стекающей по прозрачному стеклу. Она бежала вниз неровными дорожками, обрамляя отвратительную композицию, а я снова ощутил резкую боль, на этот раз в шее.

Ее волосы упали на мое лицо и защекотали его.

В прекрасных синих глаз отражались поломанные ребра, треснувшие клыки, мутная пятнистая чешуя и мертвые крылья.

— А подождал бы немножко, все было бы совсем по-другому! — нараспев сказала мне жена, любовно гладя меня по щеке.- Отдохни.

И наступила тьма.

Когда я вынырнул из нее, мне показалось, что прошло пару минут — на деле, часы показывали несколько часов.

Василёк сидела за столом, в привычном для меня медицинском халате, и, судя по всему, заносила записи в компьютер.

Ничего необычного: приглушенный свет, какие-то колбы-склянки, компьютеры, микроскопы, стена, уставленная...

Младенцами???

Ох черт! Я дернулся, но это было бессмысленно — жена связала меня именно так, как я когда-то сам ее учил. В памяти пронесся ее звонкий смех, когда узел развязывался...

— Нет, не так,- я терпеливо показал ей, как именно завязывать руки.

- Видишь? Как бы человек не шевелился, не развяжется.

— Да зачем это мне? — смеялась она, картинно падая на кровать.- Я скромный ученый, а не гений погонь и перестрелок. Кого я буду связывать, лягушек и морских свинок?

— В последнее время участились случаи нападения на лаборатории,- объяснил я, садясь на край кровати и гладя жену по ноге. Нога была стройна, гладкая и нежная.

- И я хочу, чтобы ты могла не только обезоружить врага, но и связать его до приезда полиции, то есть, меня.

— Мой защитник,- промурлыкала девушка, — дай я награжу тебя поцелуем.

И я утонул в ее руках...

— Привет,- она ласково улыбнулась мне, будто мы были дома, а в духовке готовился ужин.- Сильно болит?

— Конечно, сильно,- гнусаво ответил я.