"Лунная дорога"

– Год две тысячи двести девяносто пятый. От этого, как его, рождества Христова.

Так, стоп! Эдвин тоже сказал «от рождества» - значит, я все-таки на Земле? Только почему-то угодила в глубокое прошлое? Черт! Но я его не заказывала! И мой кораблик на Машину времени ни разу не похож! И для таких странных путешествий не предназначен!Я судорожно попыталась подсчитать размеры бедствия, пытаясь отнять его тысяча триста чего-то там от своей даты.

Но ничего не получалось. С цифрами у меня всегда были определенные проблемы.

Математичка наша от моих ответов вешалась! Я таки даже была некоей достопримечательностью в нашем классе, на голубом глазу складывая банки с литрами… До сих пор удивляюсь, как я при таком раскладе умудрилась в Академию поступить???Тут червячок сомнения шевельнулся у меня внутри. Не иначе я дальность полета умудрилась перепутать со временем! И нажала не на ту буковку… Но ведь «S» и «T» на клавиатуре рядом не стоят?!! Или стоят?

- Черт! – только и сказала я.

И заплакала, роняя слезы в котелок.

Менестрель скромно отвел глаза и сделал вид, что не замечает моего совершенно не мужского поведения. Но когда мои редкие всхлипы начали переходить в безутешные рыдания, подошел поближе и отвесил мне звонкую пощечину. Потом протянул сначала платок, а затем фляжку.

Я вытерла слезы. И отхлебнула большой глоток. Впечатление было такое, будто мне огня внутрь налили. Но от грустных мыслей зелье (или пойло?) меня немного отвлекло.

И плакать я перестала.

- Успокоился? А теперь – рассказывай подробно – что произошло?

Перескакивая с пятого на десятое, то углубляясь в расчеты, то кляня свою неспособность к точным наукам, я поведала о своей беде. И про то, что меня, возможно, станут разыскивать.

- Но, не факт, что найдут, – вздохнула я.

И попыталась снова приложиться к фляжке. Однако, Эдвин отнял ее у меня и сам сделал нехилый глоток.

- Постой, постой, ты выпил без меня…

Пробормотала я, припомнив последнее занятие в Академии.

Нас, технарей, зачем-то все пытались приобщить к Великой литературе. Извечная тема физиков и лириков нашему ректору определенно покоя не давала. Вот мы и шастали по литературным просторам, погружаясь то в Гете, то Шекспира, то в Азимова.Эдвин посмотрел на меня с немым вопросом.

- Это Пушкин, – сказала я. – Поэт и драматург. Лет через пятьсот с лишним появится. В России. Есть такая страна.