Наше будущее

– А теперь, как мы договаривались?

Дети недовольно заворчали, но начали самостоятельно расправлять покрывала и вытаскивать подушки. Теперь они лягут спать, а я смогу немного передохнуть от них.

Я опустила веки, чтобы переключиться на вторую нервную систему, и сразу открыла от внимательного взгляд напротив. Маленький водяной залез на спинку и вовсю таращился на меня.

Подняв брови, я вынудила его признаться:

- Мне страшно.

- Отчего?

- Робот страшно смотрит.

Посмотрев на дальний конец коридора аэробуса, я увидела мерно вспыхивающие и гаснущие желтые глаза робота, про которого говорил мальчик.

- Он тоже спит. Если зеленый, значит, он на страже, если желтый – дежурный режим, запомнил?

- Мне все равно страшно, - потупив глаза, шепотом признался ребенок.

Я вздохнула:

- Хорошо, сейчас приду к тебе.

Уже засыпающая девочка рядом сонно протянула, видимо решая, плакать ей или не стоит:

- Ты же вернешься?

- Да, спи, - я успокаивающе погладила ее по волосам и пересела к водяному.

Полумрак салона убаюкивал и дети начали один за другим засыпать.

Ворочанье с бока на бок постепенно сменялось посапыванием и равномерным дыханием. Ребенок рядом заснул и я, согретая теплом его тела, тоже провалилась в полудрему.

Проснулась через полчаса.

Не сама, а от боли в хвосте.

Малыш рядом со мной во сне ухитрился захватить мой хвост и теперь сжал его своими челюстями. Видимо зубы режутся.

Осторожно разжав его рот, я освободила промокший от слюны хвост. Зубов у водяного как таковых не было – это были роговые пластинки для пережевывания водорослей и растительной пищи.

Водяные травоядные, а вот будь на его месте русалка, тогда моему хвосту не поздоровилось бы – они хищники и зубы у девочек довольно острые.

Интересные эти водяные – чтобы в одном виде рождались сразу и хищники и травоядные, довольно редкое явление.

Краем его одеяла я вытерла слюнявый хвост и вернулась на свое место.

На этот раз мне не удалось даже закрыть глаза.

Разбуженная моим появлением девочка запросилась в туалет.

- Сама иди, - тихо прошипела я.

- Я боюсь, - запела она ту же самую песню.

- Робота? – уточнила на всякий случай я.

Та кивнула.

Или неподвижность робота сбивает детей с толку, или они думают, что нашли мое слабое место.

Пальцами я захватила ремни на спине комбинезона девочки и подняла ее на вытянутой руке.

- Меня можно двумя руками нести, - терпеливо повернул голову в мою сторону ребенок.

- Это как? – скривилась я. Не хватало еще, чтобы всякая малявка мне указания давала.