Последний богатырь

Изволь, я его в сей раз без всяких апелляций и испытательных сроков на кол посажу?

Князь, который не знал на ком бы выместить накопившееся дурное настроение, великодушно махнул рукой, мол, валяй Сердюня, и тут подал голос, плененный палачом Саван.

– Не вели казнить, о-о, великий князь, вели слово молвить, – усевшись на колени, поклонился он в сторону Свистослава Златоглавого, добавив обязательное в таких случаях. – Уповаю и челом бью!

Понятно, что по нормам юридического права, после этих слов князь не мог отказать приговорённому в каком бы там ни было, но всё же последнем слове.

Свистослав Златоглавый опять махнул палачу, который, правильно поняв очередной взмах, повременил с приведением приговора в немедленное исполнение и отступил от тщедушного нарушителя пропускного режима.

– О, великий князь, Свистослав Златоглавый, ясное солнышко отечества нашего, гарант и эквивалент, эталон и образец, защита и надёжа земли рунийской, – скрестив пальцы на руках, а руки на груди, защебетал Савко. – Не бери грех на свою благородную светлую душу.

Только за то, что я, божий человек, заглянул к красным и добрым девицам, чайку попить с баранками, ты, великий князь, готов отправить меня на плаху? Да ещё и на кол! Хотя карать нужно того, кто отвечает за охрану твоих палат, великий князь. Разве не так? К тому же, если хочешь знать, я тоже не просто так здесь оказался. Вот этому славному богатырю Перебору я лично, да, лично, указал путь к твоему достославному терему. Смилуйся, о-о, великий князь.

Савко вновь «ударил челом» о половицы и замер в ожидании иного, менее сурового вердикта для своей персоны.

– Вы что, серьёзно, знакомы? – поинтересовался князь у Перебора.

– Да, великий князь, этот добропорядочный человек милостиво проводил меня к твоему терему, – не стал тот отпираться от «сомнительных связей».

Князь задумался. Выходило, что именно сейчас блаженный не врал, а действительно оказал ему, а в его лице и всему государству, пускай и невесть какую, но услугу. И насчёт охраны резиденции это он тоже верно подметил, собака косоглазая.

Ладно, вот как мы поступим, решил князь подарить ещё один шанс «подсудимому».

– Значит так! Я пощажу тебя, хитроглазый Саван Басманов, в крайний раз, и то только в том случае, если правильно нас рассудишь, – сурово глядя на блаженного, произнёс князь. – У нас с Сарканей разногласия появились насчёт богатырского прозвища для Переборушки. Вот ты и рассуди нас. Чьё прозвище лучше? Моё – Перебор Дремучий, или Сарканино – Перебор Гремучий.